Груз-80

«— Вопрос, который я в этом году задаю всем финалистам: У вас не возникает ощущение, что мы только тем и занимаемся, что разбираемся, подводим итоги, влезаем в шкуры, а сделать выводы никак не получается?
Шамиль Идиатуллин: Мы прожили большой исторический этап на одних только выводах, который назывался «Краткий курс истории ВКПб». И этот пучок выводов распространялся вообще на все, от естествознания и выращивания мушки дрозофилы, от скрещивания яблок до литературоведения, физкультуры и всего остального. И в принципе к завершению этой счастливой эпохи мы устали от готовых выводов настолько, что , наверное, до сих пор еще не отдохнули. Сейчас нас потихонечку загоняют в этап, когда не надо думать самим, за нас уже сделали все правильные выводы: учтите их и выполняйте. Это в принципе резонный подход: он удобный, с точки зрения менеджмента он правильный. А с точки зрения человека разумного, который постоянно должен рефлексировать, сомневаться и для себя открывать Америку всякий раз заново, наверное, путь тупиковый. Я бы предпочел существовать в реальности, где каждый делает выводы сам. Но для этого мне необходима возможность изучить все исходные материалы самому.»

Российских газет много, «Российская газета» одна — и в ней очередное интервью финалиста «Большой книги», на сей раз мя, многогрешнаго.

Вот именно

«Я очень не люблю так называемые говорящие имена. Никто не виноват в том, что его так зовут – виноваты родители (иногда бабушки-дедушки). Для меня, как для известного Лёлика, в нашем деле главное – реализьм, а в жизни ФИО человека больше связано с фантазией и предпочтениями семьи, а также с первыми невыносимыми обидами на родителей, предков и мир (у всех людей имена нормальные, я один такой несчастный, вот получу паспорт – запишусь Дартом Вейдером и т.д.), чем с характером, внешностью и судьбой носителя этого ФИО. Когда в книжке учитываются подобные обиды либо вполне распространённые ситуации типа «назвали Леной, но была такая тёмненькая и носатенькая, что быстро превратилась в Галчонка, а потом и в Галину» – это нормально и правильно. Но когда автор натужно юморит на тему фамилий или, того хуже, всерьёз натягивает эту яхту на сферическую беду, я грущу.»

Вместе с замечательными авторами высказался на тему, предложенную журналом «Лиterraтура».

«Возникают толщи смыслов, в том числе обманных, в которых легко утонуть героям»

Пока никто не видит, свалю сюда тырвью и прочие выкрики с мест.

Двухчастевое видео встречи с таганрогскими лицеистами:

Обращение ко всем лицеистам планеты (к участникам соцсетевых групп премии «Лицей»):
Шамиль Идиатуллин, журналист, писатель, член жюри премии:
— Кабы не Лицей, не было бы у нас ни Пушкина, ни Щедрина. Утверждение выглядит нагловатым, но невозможно спорить с тем, что без Лицея авторы, создавшие и описавшие страну на века в обе стороны, были бы другими.
Кабы не «Лицей»… Очень надеюсь, что через несколько лет эта фраза сможет продолжиться разными способами, каждый из которых наполнит сердца организаторов радостью и гордостью.

Литература без свежей крови киснет и задыхается – это факт. Молодому автору трудно оказаться замеченным на маститом фоне – тоже факт. Фактическое противоречие традиционно снимала издательско-журнальная инфраструктура, которая сегодня мутировала под совсем другие условия и задачи. Естественный отбор, селекцию и эволюцию берут на себя литературные премии. «Лицей» по замыслу претендует на одну из главных ролей в этом процессе. Осталось достойно воплотить замысел.
Мы постараемся.

Интервью газете Иркутского международного книжного фестиваля:
Шамиль Идиатуллин: «1970-е – это тучные нулевые нынешнего столетия»
Автор романа «Город Брежнев» рассказывает, как неожиданно написал бестселлер и почему Советский Союз сегодня кажется Средиземьем.

– «Город Брежнев» стал одной из главных новинок среди русских романов этого года. Ты ожидал, что так случится?
– Честно говоря, не особо. Я хоть и не профессиональный писатель, но автор опытный. «Город Брежнев» – моя седьмая книга, и ни одна из шести предыдущих по разряду главных новинок не проходила. Есть три медицинских факта: для массовой аудитории мои тексты слишком сложны, для аудитории высоколобой мои тексты слишком остросюжетны, а сам я другие тексты писать не хочу. Я хочу писать то, что сам страстно хотел бы прочитать – чтобы про нас здесь и сейчас, чтобы интрига, по-честному и без соплей. Или чтобы старательно забытое, но страшно похожее на нынешнюю эпоху начало 80-х, из которых вылезли и 90-е, и нынешняя страна, и все мы, взятые вместе и порознь. Может, важность того времени и тех героев оказалась очевидной не только для меня и узкого круга моих традиционных читателей.
– Раньше тебя знали в основном как автора подростковой истории «Убыр». «Город Брежнев» – вроде бы книга для взрослых, но тоже о мире подростка. Почему тебя тянет именно туда?
– Так интересно же. Взросление – это ведь довольно адский процесс, пропускающий через мясорубку тело, мысли, чувства и весь мир внутри и вокруг. И когда это происходит на фоне внешних перемен, особенно малозаметных, но серьёзных, возникают толщи смыслов, в том числе обманных, в которых легко утонуть героям. А для читателя и автора это серьёзный вызов.
– На Иркутском фестивале собираются обсуждать «Советский Союз как фэнтези». Почему советское прошлое оказалось «нашим Средиземьем»?
– Советское прошлое – оно ведь разное очень. СССР в 20-е годы совершенно отличен от СССР 50-х или 80-х. Коллективное бессознательное сегодня фиксируется на 70-х – и правильно делает. Это был единственный почти безоговорочно благополучный этап советской истории. Нефтяные цены росли, с ними росли экономика, жилищное строительство и импорт ширпотреба. Власть и население заключили молчаливый общественный договор: мы не вспоминаем про коммунизм к 1980 году и копим на югославский гарнитур, а вы не требуете от нас ничего сверх ритуальных собраний, демонстраций и риторических фигур. Влияние СССР, компартий, левых и национально-освободительных движений в мире росло на фоне падения влияния США, в котором уже вводились нормативы отпуска бензина и электроэнергии. В общем, вполне себе тучные нулевые нынешнего столетия. А затем Политбюро ввело войска в Афганистан – и убило сперва репутацию страны, потом её экономическое благополучие, потом саму страну. Коллективному бессознательному неприятно это вспоминать. Поэтому оно растягивает эмоциональный ландшафт счастливых 70-х на всю советскую историю. И вся история в их памяти делается гладкой, плоской, да и людям приходится приседать либо перекидываться в хоббитов, гномов и эльфов. Я надеюсь, что к «Городу Брежневу» это все-таки не относится.

Ну ничего же общего, правда?

«— Иногда приходится слышать, как сравнивают нынешние реалии с брежневскими временами? В аналогиях активно используют слово «застой»…
— Цена нефти падает в полтора раза, США подтягивают к нашим границам ракеты и танки, а также вводят санкции после того, как наши войска входят в до тех пор мало кому известную мусульманскую страну и сбивают азиатский «Боинг», спортсменов не пускают на Олимпиады, газеты пишут про аресты взяточников, власти борются за нравственность и грозят карами тем, кто слушает не ту музыку и читает не те книги, руководители страны занимают престол по 18 лет и покидают его сугубо ногами вперед, и нет никакой надежды на то, что ситуация изменится.
Ну ничего же общего, правда?»

В связи со скорым выходом романа «Город Брежнев» дал огромное интервью интернет-газете «Реальное время». Полный текст откроется, если кликнуть по цитате ниже. Цитата значима (а альтернативное написание моей фамилии еще и символично).

rvr

Что в ЛОДБ

В октябре 2016 года Ленинградская областная детская библиотека представила сборник «Мое чтение в детстве. Воспоминания детских писателей», подготовленный к совместной конференции ЛОДБ и Пушкинского дома РАН «Антропология семейного чтения. Поле книжных рефлексий».
О самых нужных и все решивших книгах вспомнили авторы, представляющие цвет детлита, а также примкнувший к ним старик Измайлов.
Ссылка на полный пдф-файл книжки — в программе мероприятия.
Полная версия ответов ст. Измайлова — на сайте тов. Идиатуллина.

Ответы на вопросы читателей LiveLib

LiveLib — социальная сеть читателей книг

Эксклюзивное интервью Наиля Измайлова для Livelib: «Все мои книги немножко про меня»

o-o.jpeg В рамках нашего нового проекта «Читательский интерес» пользователи Livelib задавали вопросы Наилю Измайлову — автору мистических триллеров «Убыр» и «Убыр. Никто не умрет» . Роман «Убыр» стал лауреатом Крапивинской премии 2012 года и получил высокую оценку наших пользователей.

Здравствуйте, дорогие друзья!
Я сам давний пользователь LiveLib, и очень рад возможности пообщаться, так сказать, с тру-читателями.
Поехали.

Как вы считаете, почему людей привлекает тема ужасов?
Во-первых, это красиво (с). Придуманный и культурно отформатированный страх, по сути, запускает чисто химический процесс, гормональный такой, — не зря же говорят «сладкий ужас». Особенно он сладок потому, что тебе-то, читателю, в этот момент ничего не грозит – в отличие от героя книги (фильма или игры), в которую ты зарылся. Причем химия красиво охватывает и обволакивает не только соответствующие доли мозга, сердца и пяток, она ведь еще немножко машиной времени работает. Самый страшный период в жизни всякого человека – его детство, когда кромешная жуть скрывалась просто-таки везде: под кроватью, в темной ванной, за розеткой, в очереди, в которой мама велела тебе постоять, пока она сбегает за маслом. Взрослому человек бояться глупо, если не западло – а в детство заглянуть так хочется.

«А если начал — дописывай»

Внезапно рассказал про «Убыров», новую повесть и ближайшие планы.
Шамиль Идиатуллин: «Если не уверен, что сможешь дописать — не начинай. А если начал — дописывай» | Пиши-Читай

Блиц-крик

Быстрый умом и пером журнал «Darker» в пять минут взял у меня интервью по случаю награждения премией «Новые горизонты». И не только взял, но и успел разлить опубликовать.
http://darkermagazine.ru/page/laureatom-premii-novye-gorizonty-stal-ubyr-nailja-izmajlova