Пока шевелится хотя бы один сотрудник

«Мне не хочется писать всегда, потому что это муторно, долго и отвлекает от чтения, сериалов, семейного досуга и прочих радостей жизни. Поэтому я не сажусь за книгу до последнего. Но если уж сел – то тут никакие настроения, мигрени и простуды в расчет приниматься не могут. Если я сегодня не напишу положенные две страницы, то замедлится или застопорится весь процесс, соответственно, дурацкая жизнь без выходных, сериалов и шашлыков станет долгой и беспросветной. Ну и журналистская дисциплина выручает. В ежедневной газете понятие дедлайна священно, незыблемо и омыто кровью и слезами множества поколений. Землетрясение, вторжение интервентов и мор, скосивший всю редакцию, не считаются уважительными причинами: пока шевелится хотя бы один сотрудник газеты, она сдается вовремя. Естественно, у этого сотрудника настроение будет, мягко говоря, плохим – но что поделаешь. Когда я пишу книгу, то и дело ощущаю себя таким вот последним сотрудником, который еще шевелится. Жалко себя до слез, к тому же нет уверенности, что все это вообще кому-то надо. Но закон незыблем: сперва сдай, потом печалься, радуйся или помирай.»

Опять дал интервью, в котором рассказал Всю Правду — на сей раз сайту Российского центра науки и культуры в Варшаве.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *