Нетвиты 2018/6

Шоколад с цельным лесным орехом и бесцельным степным изюмом.

Есть у Виктории секрет. Собаки он верней. В грозу, и в бурю, и в буфет секрет бредет за ней.

Из цикла «Старые сказки на новый лад»:
Посадил папа Рыбку.

И глобальное потепление не обидит больше вас.

Сестрица Аленушка и братец, и ваннушка.


Они знают, что бомбить в любой непонятной ситуации. Теперь и ядерными зарядами

— Вам шашечки или ехать? — строго спросил дежурный водитель загородного шахматно-шашечного клуба.

Ну-ка мечи стаканы на стол,
Ну-ка мечи стаканы на стол,
Ну-ка мечи стаканы на стол
И прочую посуду.
Все говорят, что пить нельзя,
Все говорят, что пить нельзя,
Все говорят, что пить нельзя,
Разбилась ведь посуда.

Ход слоном может завершить не только шахматную игру.

— Ты или крест сними, или трусы надень.
— Ребята, ну высоко же, разобьюсь. Отпустите, а? Хотя бы трусы верните.

Сибиряк не тот, кто не мерзнет, а тот, кто из Сибири.

Звездное небо над нами и все, кто не с нами, под нами.

Доказывал с песней у рта.
Татаризованный вариант: Доказывал с пеной, awırta.

И на все вопросы отвечать «Ça va bien».

Сова хороша тем, чем кажется.

Лента как Сов информбюро.

В новом переводе «Мио, мой Мио» будет называться «Мио, помойся».

Запев «А в чем проблема?» весьма удобен, поскольку в большинстве случаев одновременно означает и «Вот ты дурачок непонятливый», и «Вот я мудачок высокомерный».


Когда хозяева слабаки


Кто здесь?

Нетвиты 2018/5


Год назад вышел «Город Брежнев»

Пушкин — наше все даже в коррупционных разоблачениях. Рыбкагейт — это же микс «Руслана и Людмилы» со «Сказкой о рыбаке и рыбке».

Населению предложили потуже затянуть пояса, предварительно подняв их на полметра.

Писатель, вдохновленный фразой «у успешного автора бестселлером станет даже публикация его счетов из прачечной», выпустил отдельной книгой свою переписку с Минкультом.


Подрасту — стану Идиатуллиновским

«Али-экспресс», уставший от моего полуторагодового игноранса, перешел от зазываний к завываниям. «Какой бы Вы были собакой?» — спрашивает он в последнем личном письме.

Из истории российского спорта.
2018 — начало Бронзовой эры.

Мама спит, она устала, ну и я играть не стала. Я волчка не завожу, лучше пиццу закажу.

Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто я.


Ясно-понятно

Супруга убирает салфеткой влагу с кусмана баранины, приготовленного к обмазке и запеканию.
— Ты как будто лоб хирургу промокаешь.
— Ничего так лоб у хирурга: здоровенный и топором разрубленный.
— Это хирург-зомби.

Сняли на видео, надели на аудио.

Меняю киноварь Телемаха из Монтевидео на Монтекино телеварь видеомаха.


Девочка с персиками. Вольный римейк

Еще несколько фото живой и неживой природы Continue reading

Нетвиты 2018/4


Он упал и светится

Маск, а я ВАЗ знаю.

OK Google как спастись если сорвался с кры

В связи с неблагоприятными погодными условиями МЧС рекомендует москвичам отказаться от личного транспорта в пользу мэрии.

Шарм через все лицо.

Сын шутку придумал:
Типичная ситуация в феврале 2018.
Заходит мужик в магазин лопат и спрашивает: «Биткоины к оплате принимаете?»

Герой триллера «Библиотечный коллектор» ведет обычную жизнь санитара джунглей читательского абонемента: звонит с угрозами просрочникам, блокирует строительной пеной двери злодеям, порвавшим страницу, поджигает балконы вандалам, разламывающим клееный корешок. Однажды он узнает в очередном клиенте свою первую любовь, слепую девочку, не вернувшую ему первоиздание «Воспламеняющей взглядом». Теперь она зрячая красавица, читающая только Донцову, Мойес и Дж.Грина со смартфона, но продолжающая воровать из фондов уникальные книги Петухова, Деревянко и Шиловой. Бибколлектор выходит на тропу войны и мести.

Терминал: Ссудный день.

Ред Хот Свинка Пеппа.

Арундати Рой, в девичестве Резепкина (к сообщению о студентах, путающих знаменитую индийскую писательницу с российским автором Олегом Роем).

Инокомыслящие у власти (к новости о речи президента со словами «Хочу всем вновь постриженным инокам российской науки сегодня пожелать удачи и дальнейших успехов»).

Эта земля была няшей, пока мы не увязли в борьбе.

Совсем я, похоже, от моды отстал. Сейчас что, уже не положено за спойлеры канделябром?
Солидный портал публикует рецензию маститого критика на громкий (отличный) роман. Портал слегка извиняется за отход от обыкновения избегать отзывы на худлит — ну, бывает. Критик завершает рецензию нелестным для романа заключением (ожидаемо лобовым и вульгарным) — ну, нормально.
Но сначала критик, пообещавший «по возможности краткое, но необходимое изложение сюжета», добросовестно и нудно пересказывает всю — абсолютно — фабулу романа. Поглавно и поротно. И это, по-моему, подляна, бред и Пятая симфония в пересвисте Рабиновича.
Пересвист непременно пригодится профессиональным читателям с легкостию в голове необычайной. До сих пор они, всё про роман поняв на сороковой странице и радостно бросив, гвоздили автора за чернуху-бытовуху и отсутствие сюжета. Теперь вот, спасибо критику, узнают, что сюжет таки есть, и будут гвоздить за вычурность (и чернушность-бытовушность) последнего.
Рад за них, в общем. Но канделябр далеко не убирал бы.
Ссылка (тем, кто «Петровых» не читал, но собирается, ходить не советую).

Задумчиво и с некоторым спойлером (кто не читал «ГБ», но собирается, лучше дальше не смотреть — либо сразу переходить к фоткам)
Continue reading

«И подкалывающий своих коллег своей идентичностью»

Очень крутая, глубокая и интересная статья о восточном дискурсе в текущей отечественной литературе, с анализом и упоминаниями «Заххока», «Поклонения волхвов», книг Алексея Иванова, Германа Садулаева и многих других — и богатым сопоставлением аж трех моих романов.

«То есть независимости никто особо не хотел, но, вкусив ее, уже от нее не откажется. Россия же, наоборот, не может воспринять новую ситуацию, остается в плену у имперских комплексов, жаждет восстановления, строит с тем или иным успехом СССР 2.0. (…) Дальше, под эпиграфы из Майка Науменко и Егора Летова, начинается настоящий боевик — американцев татары дурят и мочат. Казань — вот настоящий символ и гордость постколониальных исследований, огромный привет Эдварду Саиду, утверждавшему, что Запад сознательно если не тормозил развитие Востока, то таковым (неразвитым) его презентовал — оказывается центром всего. Нужен хитрый яд для устранения президента? Здесь в советские времена работал НИИ. Нужно побомбить Белый дом? В Казани как раз ремонтируют российские сверхзвуковые стратегические бомбардировщики-ракетоносцы ТУ-160 последней модели. Хакеры, бойцы, пиарщики — также имеются. (…) Посему к теме того, как те же жители Казани разбираются с «чужими», автор вернется в своей последней книге «Город Брежнев», очень объемном и сильном романе, о жанровой принадлежности которого критики спорят и иронизируют, попавшись на уловку определения «производственный роман», хотя многомерная книга в той же мере — история взросления (и Bildungsroman) в позднесоветские годы (тот же пионерлагерь, что и в «…Ударе»), хроника конца империи и многое еще чего.»

Эдак, глядишь, кто-нибудь и пасхалочку из «Rucciи» в «ГБ» обнаружит все-таки.
Радуюсь.

Шпион, пришедший с голода

«Провокация, шпионаж, похищение важных бумаг, фабрикация фальшивых документов и, когда надо, убийство, чужими, конечно, руками, — все это пускалось в ход, только б результаты получились благоприятные, только б ослабить Россию» — описанный Брешко-Брешковским злодейский инструментарий определил смысл отечественного шпионского романа на век вперед. И не просто вперед, а с огромным гандикапом. Потому что после революции шпионский роман, как и всякая бульварная литература, исчез. Казалось, навсегда.
На сайте «Горький» вышла моя огромная статья об истории советского шпионского романа (части первая и вторая)

Патологическая слабость подчинения гуманному месту ®

Тем временем завершился прием работ на конкурс «Фанткритик». Опубликованы 27 текстов (анонимных пока), три из них утаптывают мое яшмовое творчество.

Во-первых (я уже хвастался, но опять не удержусь), это душевная похвальная рецензия на «Это просто игру»:
(«Лично мне кажется очень важным этот момент. Один на один, всего лишь вдвоем, герои вряд ли смогли бы решить подброшенную им виртуальностью головоломку. Но, в отличие от большинства подростковых текстов, герои «Это просто игры» не гордые волки-одиночки, а друзья среди друзей. Они ищут и находят поддержку в семьях. Они ищут и находят помощь у ровесников — сначала у близких друзей, потом и массовую, у большого сообщества. Ведь просить и получать помощь — не значит ничего не делать самому. И Настя, и Максим успевают за неполные трое суток своротить горы, совершить по нескольку невозможностей — потому что каждый из них не имеет права сдаться, каждый борется за что-то больше, чем собственная жизнь.»)

Во-вторых, безудержно сердитая рецензия на «Город Брежнев»:
(«Предыдущие книги Идиатуллина, в частности «Убыр» и «За старшего», имели патологическую слабость: в них все было подчинено так называемому гуманному месту, язве русской литературы. В «Городе Брежневе» гуманное место становится еще и общим местом. Все те нравственные ситуации выбора, в которых оказываются герои, усредненно-дистилированные, взятые словно бы не из жизни, а из советского учебника нравственного воспитания. Еще до нравственного выбора героя известно, что он поступит, как полагается советскому (или «советскому», если мы говорим о модели реальности) человеку. Гуманность упаковывается в уже готовые схемы для экспонирования все в том же музее. Артур (да и другие герои тоже) периодически вслух или про себя проговаривает моральные установки: «Родина. Ну, Родину мы все любим, и вопроса, отдам ли я за нее жизнь, вообще нет. Подразумевается, что отдам, и любой отдаст, и никто нас даже не спросит. Потому что это Родина. Так положено». Это речь мальчика? Советского мальчика? Или это «игра» в речь советского мальчика? А если «игра», то тогда и мораль становится «моралью».»)

Ну и тщеславно отмечу деловитое упоминание «СССР™» в очень интересной статье о «красной утопии»:
(«Показателен «СССРтм» Ш. Идиатуллина – описывается некий социальный эксперимент, персонажи пытаются организовать научно-техническую революцию в буквально «свободной коммунистической зоне». Но эксперимент подавляется внешними силами. Почему? Он воспроизводит образ единичного промышленного скачка, который идёт в рамках локального проекта. И такие единичные скачки без громадной военной мощи – уязвимы. Их затаптывают конкуренты. Хорошо ещё, что в романе всё кончилось не как в Парагвае в XIX-го века, с истребление большей части мужского населения.»)

Указания на то, что «ГБ» и «СССР™» таки не фантастика, а «ЭПИ» написал некой пронырливой старик Измайлов, мы с негодованием отметем как неподготовленные. И будем фантастически хорошеть.

Значит, должен выживать

krupa

Я раскрыл Военную Тайну советского детлита журналу «ПитерBook», а журнал рассказал о спорной книге «Город Брежнев».

Как татарин на вышке, рванувший затвор

В самых разных местах, в том числе у меня в каментах fb, самые разные люди, в том числе весьма мною уважаемые, принялись комментировать действия и заявления Дениса Карагодина, который, по собственному утверждению, установил круг лиц, убивших его прадеда, и теперь собирается привлечь этот круг к ответственности.
Каменты, вызвавшие мое недоумение, сводятся к двум тезисам: Денис Карагодин больно дерзкий и высокомерный, к тому же замалчивает тот факт, что его прадед сам во всем виноват, потому что служил Колчаку и японцам, к тому же на следствии оговорил других людей, которых, таким образом, подвел к той же расстрельной стенке. Впрочем, последний тезис уважаемые мною люди не озвучивают – они просто странной фразой «А на самом деле было так» ссылаются на блоги, в которых такие аргументы перечислены более-менее под копирку, — и немножко обижаются на то, что я в ответ ссылаюсь на песню Александра Башлачева «Абсолютный Вахтер».
Я не люблю спорить и доказывать, поэтому просто перечислю несколько соображений, на мой взгляд, бесспорных и не требующих дальнейшего обсуждения.
1. Меня ничуть не заботят моральные, профессиональные и литературные достоинства Дениса Карагодина. Мне интересен мощный результат проделанной им уникальной работы.
2. Все данные, обличающие Степана Карагодина, извлечены критиками из приведенных Денисом Карагодиным данных – соответственно, упреки в замалчивании несостоятельны.
3. Степан Карагодин проходил по трем уголовным делам. По первому он был оправдан за недоказанностью, по второму и третьему – посмертно реабилитирован. Соответственно, та же Советская власть, что его убила, признала, что сделала это зря. Попытки отдельных блогеров быть суровей Советской власти где-то понятны, но смехотворны.
4. Не менее смехотворны предъявы на тему «Сам-то сдал всех» — по крайней мере, для взрослых людей, представляющих, как ведутся допросы в принципе. В Веселой башне умеют доказывать самые причудливые теоремы до сих пор, а раньше умели так, как не дай Бог узнать никому из нас. На подписи деда подо всеми материалами Денис Карагодин, кстати, указывает неоднократно и однозначно.
5. Как известно, обвиняемые сидят в камере, а по улице ходят подозреваемые. С определенной точки зрения каждый из нас виноват. Каждый хотя бы однажды не то сказал либо не сказал, не то сделал либо не сделал, не от того деда произошел, руки из карманов не убрал и носки не вытянул, или просто рожа наглая, патлы длинные, а череп неправильный. У нее были холодные ноги, и она ела лук – как тут не убить-то?
Но чем меньше людей будет соглашаться с этой определенной точкой зрения, тем меньше будет шанс, что через 80 лет правнук какого-нибудь блогера будет доискиваться, кто виноват в печальной судьбе предка, а правнук другого блогера — умело пояснять, что упомянутый предок сам был во всем виноват.
Абсолютный Вахтер – лишь стерильная схема.

Полумертвый сезон

Тридцать лет назад советское телевидение показало документальный фильм Генриха Боровика «Человек с Пятой авеню». Он стал пилотным эпизодом сериала, в рамках которого Москва, десятилетиями отбивавшаяся от обвинений в ущемлении прав советских диссидентов, внезапно перешла в контратаку и принялась решительно бороться за права диссидентов американских. Из-за некоторой вторичности проблем с кастингом и переориентации продюсеров на другие проекты сериал был свернут в разгар сезона, но запомнился он надолго.
http://kommersant.ru/doc/2971994

Традиция у нас, получается, такая: каждый апрель в журнале «Коммерсантъ Власть» выходит моя статья про тонкие стороны советско-американского противостояния. Год назад речь шла про шпионскую «Защиту Битова», теперь — про истинные причины памятной многим контратаки советской пропаганды: Пелтиер, человек с Пятой авеню, доктора Хайдер и Локшин. Немножко жаль оригинального заголовка «Полумертвый сезон» и названий главок типа «Не во все тяжкие» или «Хьюстон, у нас тихий ужас». Но надо ж будет и благодарным потомкам при подготовке ПСС чем-то заняться.