«Глаз Хоттабыча»

Итоги 2017 года подводить лень, да и некогда. Много работал, много ездил, много читал (потом, может, выложу списки прочитанного не по работе и просмотренного).
Главное событие, понятно, — «Большая книга» за «Город Брежнев». «ГБ» я дописал два года и один день назад, потом полгода рихтовал.
В этом году писал порядочно, но в малом и служебном формате. Что-то уже опубликовано (эссе в «Дружбе народов» и путеводители по собраниям музеев Лермонтова и Чехова), что-то выйдет через пару недель (рассказ «Тубагач»).
А здесь в честь праздника и с любезного разрешения Гослитмузея выложу микрорассказ, написанный в январе для проекта «Канделябр, шишка и кочерга: тайная жизнь музейных вещей». История такая: двум десяткам писателей предложили выбрать по фотографиям один из экспонатов Гослитмузея и написать про него собственный детский рассказ на две тысячи знаков — естественно, не подозревая, чем выбранный артефакт, в моем случае кувшин, славен и кому он принадлежал.
Рассказ, естественно, получился не совсем детским — ну уж как всегда. А это мы с тем самым кувшином (принадлежавшим, оказывается, Борису Пастернаку) на той самой выставке в Доме Остроухова.

kuv

Кувшин стоял на шкафу всю жизнь. Папа говорил, что этот тот самый кувшин Хоттабыча — вернее, его вредного старшего брата, — и что джинн до сих пор сидит внутри, глядя оранжевым камушком на мир и на меня. И если я буду баловаться, джинн это увидит. Поэтому я баловалась в другой комнате.
Потом я заболела. Я плохо помню жар и бредовые сны, зато хорошо помню, как мама вдруг ворвалась в комнату, крикнула, чтобы никто не входил, и сняла кувшин со шкафа. Я пыталась спросить, зачем это, но вместо голоса вышел хрип и мучительный кашель. Мама за толстую белую нитку сняла белесую нашлепку с клювика кувшина, на миг застыла, всматриваясь, решительно сорвала с меня одеяло и стала растирать жидкостью из кувшина, ледяной и очень мерзкой на вид – зеленоватой и будто с кусочками тины. Я попыталась спастись сперва за подушкой, потом между кроватью и стенкой, да куда там. А мама сунула клювик мне под нос и велела: «Пей». Я беззвучно завопила и захлебнулась ледяной горькой мерзостью. Выплюнуть не получилось, увернуться тоже. Пришлось глотать, кашляя, задыхаясь и умирая. Я прокашлялась, вскочила и завизжала: «Ты с ума сошла, чего делаешь-то, умру же, сама пей эту гадость!» Весь дом сбежался, а я все орала, бегая по комнате нагишом, громкая, злая и здоровая. А мама сидела на полу и плакала, баюкая кувшин, будто ребеночка.
Потом кувшин снова стоял на шкафу, открытый и немножко пыльный.
А теперь он снова запечатан.
Тетя Галя рассказала, что кувшин много веков передавался в нашей семье как приданое старшей дочери. Откуда он взялся, никто не знал, как никто не знал, что конкретно получала в запечатанном кувшине уходящая из дома невеста. Иногда это оказывалось лекарство, иногда – топленое масло, или мед, или зерно, или нефть, или просто вода. Но всякий раз — ровно то, что спасало старшую дочь и ее семью.
Баба Соня рассказала, что кувшин сам решает, чем спасти хозяина, а заливают-то в него обычную воду.
А я не верила. Ведь тетя Галя и баба Соня не старшие дочери. А мама старшая. И я старшая.
Папа упорно держался версии Хоттабыча. Я не выдерживала, начинала хохотать и пинать его, а он звал на помощь маму.
Мама не рассказывала ничего. Говорила: «Время придет – узнаешь».
Время пришло. Завтра я узнаю.
А через четверть века узнает моя дочь.

Нетвиты 2017/37


Традиционный патрет ыменинника работы евоной дочери

Хотелось только выжить. Получилось только из ума.

Супруга, выслушав новость об идее провести в России соревнования для спортсменов, отстраненных от Олимпиады:
— А называться это будет Отстраниада.

Ах, Арбат, мой Арбат, ты — моя религия, but that was just a dream, try, cry, why, try.

— Вот ты под открытым окном валяешься — а не боишься, например, что заболеешь и помрешь?
Сын, с рассеянной укоризной:
— Ну что же ты такое говоришь.

Несс — это судьба. (Чудовищная мудрость)

Московский «Спартак» — чемпионы странны.

Реклама «Узнай о штрафах ГИБДД, не выходя из дома», интригует, скорее, загадочной перспективой узнать о штрафах ГИБДД, всего лишь выйдя из дома.

Не удивляйтесь тому, как выглядят светские персонажи: конец тоннеля красит немногих.

Дочь после английского сообщает, что кота преподавательницы сегодня водили чистить зубы.
— А чего ж мы нашу не водим?
— Она прекрасно их моей ногой чистит.

Сообщество про детские книжки в «ВКонтакте», анонс «Тубагача», который завершается словами:
«Эта книга больше понравится мальчикам. Трогательная, мудрая, для ребят-мечтателей. Александру Храмцову удивительно точно удалось раскрыть характер и настроение этой истории.»
Далее четыре камента:
«1. Почему сразу мальчикам? Никогда не делила книги на мужские и женские.
2. Ага. Мальчикам— машинки. Девочкам— куклы. А ещё все блондинки дуууры! …..заказала! Правда Убыр Ш.И. не понравился никак. Остальные творения этого автора не читала. Вот будет еще попытка. 😉
3. иллюстрации мне бы не понравились… а вот описание вполне, думаю, стоит дать почитать сыновьям
4. История должна быть интересной, но… иллюстрации мне не нравятся… да и слово «пацаны» резануло во втором предложении…»

Все-таки многоточия — довольно точный маркер.

Далее животные картинки Continue reading

Предзаказ на «Тубагач»

В онлайн-магазине «Лабиринт» открыт предзаказ на книжку «Тубагач» — шикарное издание моего фантастического рассказа с невероятными рисунками Александра Храмцова.

Издание появится в районе Нового года (плюс-минус), но предзаказ и текущая акция «Лабиринта» позволяют заметно сэкономить — причем не только на «Тубагаче», но и на других заявленных книжках замечательной серии (150-170 рублей против 200-300).

«Получил катар сердца и поехал дальше»

«Нарисовать Чехова проще простого: бородка, пенсне – вот и шарж, узнаваемый во всем мире. Это не слишком справедливо, но очень правильно.
Несправедливо, потому что бородка и пенсне в то время вообще не относились к сколь-нибудь значимым приметам: их носили многие современники Чехова, от великих князей до, в особенности, врачей, учителей и литераторов. Прихватывавшие переносицу (французское pince-nez образовано из словосочетания «защемить нос) очки без дужек были известны с XV века, но пика популярности достигли к 1880-м – когда чтение стало массовым, а очередной редизайн превратил вычурный артефакт в легкий, удобный и относительно недорогой девайс, остро необходимый растущему поголовью близорукой интеллигенции. В том числе Чехову — который, однако, решился постоянно носить очки довольно поздно, в 37 лет – когда в пенсне щеголяли все вокруг, а псевдоним Pince-nez десять лет как облюбовала Мария Киселева, с семьей которой писатель дружил и которой помогал литературными советами.
Антон Павлович подошел к делу весьма основательно, воспользовавшись печальным случаем: в марте 1897 года он угодил в клинику, пошла горлом кровь. Навестившая больного Ольга Шаврова с изумлением отчиталась сестре-писательнице, что застала Чехова за подбором стекол для своего пенсне: «на столе стоял ящик со стеклами, а на стене висели картонные листы с буквами и надписями разной величины, какие бывают у оптиков в глазных лечебницах». Он заставил и Шаврову «читать надписи и буквы на стене», «в результате написал на бумажке номер стекол, которыми советовал мне пользоваться, когда я пишу или читаю, для того, чтобы лучше сохранить мне зрение».
Сам Чехов с той поры с пенсне не расставался, постоянно заказывал в письмах родным новые модели или шнурки, рисуя в два карандаша форму дужки («Где зеленое, там пробка. Не следует покупать дужку, какая нарисована красным карандашом: это старый тип»). «У меня так называемый астигматизм — благодаря которому у меня часто бывает мигрень, и кроме того, еще правый глаз близорукий, а левый дальнозоркий», — пояснял Чехов в письмах, и подытоживал просьбы печальным: «Без очков я просто мученик» или «Пенсне очень нужно; без него мне скверно».
Впрочем, даже в письмах пенсне давало повод для фирменной чеховской игривости: «В крайнем окне второго этажа станции сидит барышня (или дама, черт ее знает) в белой кофточке, томная и красивая. Я гляжу на нее, она на меня… Надеваю пенсне, она тоже… О чудное видение! Получил катар сердца и поехал дальше.»
А за пределами писем оно оказалось частью облика Чехова — и, выходит, частью великой литературы. Все правильно, в общем.»

Это один из тридцати микротекстов, которые я написал для проекта «Литературный экспресс» Государственного литературного музея и Государственного института русского языка им. Пушкина. Авторы проекта предложили современным писателям сделать творческие путеводители: исходя из собственных представлений о прекрасном, рассказать о 15 предметах из коллекции Гослитмузея, посвященной конкретному классику. Мне достался Лермонтов, а потом еще и Чехов (очень попросили). Браться было боязно, влезать в фактуру оказалось очень интересно, итоговый результат получился крутым и многослойным.

Читать, изучать, слушать видеолекции и проходить тесты можно (и нужно) здесь.

«Тубагач». Скоро

Издательский дом Мещерякова сообщает:
«Скоро в серии «Такие вот истории»
Рассказ «Тубагач» Шамиля Идиатуллина
Иллюстрации Александра Храмцова
Тубагач — это дерево, которое вырастает за одну ночь. И только с его помощью можно вернуться на родную планету.»

Рассказ написан специально для серии. Выйдет отдельной богато иллюстрированной книгой — надеюсь, до конца года.
Александр Храмцов известен в первую очередь как художник мультфильма «Ку! Кин-дза-дза».

Рисунки совершенно гениальные. Я счастлив.

Равнение направо

kuv

Я и кувшин, про который я в рамках проекта Гослитмузея «Выставка»Канделябр, шишка и кочерга: тайная жизнь музейных вещей»» написал (а потом и зачитал) микрорассказ — не подозревая, естественно, что это за кувшин, чем славен и чей он вообще (Бориса Пастернака, оказывается, остальные подробности — на выставке в Доме Остроухова, которая продлится до 1 марта).

So close no matter how far couldn’t be much more from the heart ©

whorror_all_cover

Самый публикуемый (и самый критикуемый) рассказ Идиатуллина/Измайлова
«Обмен веществ» стал еще и первым сочинением автора, переведенным на другой язык. В апреле 2016 года рассказ «The Matter Exchange» вошел в антологию «Horror From The Inside Out», которую издательство Whorror House подготовило и выпустило в благотворительных целях, в поддержку больных аутизмом.

Нетвиты 2015/44

Мимимизация издержек.

Безнадежный дурак немногим лучше надежного.

Антиутопия отличается от утопии тем, с какой стороны урезается пословица про бесплатный сыр.

Дети уведомляют:
— Мы тут обсудили и решили, что если бы Бьянка (наша кошка) была человеком, ее никто бы не любил. Потому что толстая, волосатая и с кадыком.

Je suis C̶h̶a̶r̶l̶i̶e̶ Chaplin.

Фитнес-курсы «Пресс, попье».

«Кареглазый, говорите?» — уточняет добрый камрад, кидая ссылку на новость «Британка снялась в порно ради того, чтобы купить дорогой подарок сыну на Рождество» (уточнение поймут лишь истинные фоннаты моего безъсмертнаго творчества).

Три картинки, три веселых друга