ЖД

Дмитрий Быков

Дмитрий Быков войдет в историю как самый плодовитый публицист страны, работающий в темпе счетверенного пулемета. При этом хорошо пристрелянного пулемета. И даже не пулемета, а многоствольного гибрида, в который семья и школа связали пулемет, огнемет, гранатомет и специальную штуку, выкидывающую фарфоровые банки с ипритом. Быков еженедельно пишет десяток колонок в разных журналах, ведет передачу на ТВ, выступает на радио, пишет стихи и издает две-три прозаических книги в год – причем во всех ипостасях он прославлен и повсесердно утвержден. Правда, лично мне преставляется, что заточен многопрофильный автор, прославившийся в свое время как главный обозреватель первого в СССР цветного еженедельника, именно под газетную публицистику. Во всяком случае, ее я всегда читал легко и с удовольствием. В то время как иные грани автора предпочитал не воспринимать – возможно, потому, что не люблю ТВ и поэзию. Стыдно, но я так и не сумел дочитать исполненное Быковым стихотворное приложение к горячо любимому мною роману Лазачука и Успенского.
Да и вообще с книгами вышел почему-то похожий раскардаш – я активно пролистывал каждую новый новый роман Быкова и через пару минут понуро ставил его на полку. Какими-то мимоходящими представлялись мне эти книги. Это относится не только к романам (каковых в творчестве Быкова меньшинство), но и к гибридным формам вроде опер, биографий, киноновеллизаций или политсказок.
«ЖД», официально именуемая поэмой, оказалась первой книгой, которую я смело купил и первую сотню страниц которой (из семи) промахнул с удовольствием, близким к наслаждению. Да не укусишь

«Отступники» (The Departed )

Стыдно, конечно, и за Скорсезе, и за толпу звезд, набежавшую в фильм. Но такую реакцию создатели фильма, наверное, все-таки ожидали. Не ожидали, возможно другого: насколько бедной и некрасивой будет выглядеть великая Америка, принявшая в свое лоно действие китайского фильма «Двойная рокировка» (Mou gaan dou).
То есть в процессе локализации американские люди честно взяли не только все ключевые сюжетные повороты, но и большинство деталей, а ради вящего психологизьму добавили разговоров, брани и вообще истерики (увеличив хронометраж в полтора раза по сравнению с оригиналом). И получилось, что «Двойная рокировка» — это такие хай-тековские «17 мгновений весны»: кино про чистеньких и быстро соображающих китайцев, которые живут и работают в небоскребах, изящно обставляют дома, слушают музыку в дорогих стереосистемах, красиво ухаживают за женщинами, в мужской компании больше молчат, чем говорят, а то и вовсе общаются морзянкой, дерутся и погибают стиснув зубы и не потеряв достоинства. А «Отступники» — это такие «Опасные друзья» или «В последнюю очередь»: кино про огромную толпу неудачников, которые шляются по гаражам, сальным кабакам и грязным подворотням, говорят очень много и долго, и исключительно скабрезности, постоянно оскорбляют друг друга и норовят вписать в нос, постоянно кричат от боли и в целом собственной ненужности, уводят чужих женщин, живут грешно и дохнут смешно.
В китайском фильме понятны все герои, и жалко их всех. В американском героев понимать западло — Николсона, что ли, понимать, разыгравшего гибрид Джека из «Сияния» и Джокера из «Бэтмена»? А жалко только ди Каприо, но с учетом приклеенной Скорсезе назидательной концовки и его не очень жалко.
Смешно, что в китайской версии «в данный момент на этой улице говорят по мобильным 12 тысяч человек», а в американской — полсотни, что ли. И для китайцев это не проблема, а для американцев — полный тупик. Смешно, что очень изящный трюк с морзянкой американцы перетащить просто не рискнули (видимо, Самуил Морзе родился все-таки не в Чарлстоуне, а в Гонконге). Смешно, что творчество Скорсезе свелось к римейкам, что облегчает подготовку ко встрече со звездой.
Понять бы еще, что там было написано на китайском языке в сцене похорон оригинала — в лицензионном DVD перевода этой строчки, к сожалению, нет. А вдруг это как раз была подсказка американским кинематографистам — как снимать римейк? И на самом деле Скорсезе ни в чем не виноват, он просто слушался лукавых сынов Поднебесной, а они специально ему все неправильно подсказали.
Кто знает, милый Ватсон, кто знает.

«Спуск» (The Descent)

Классика, тут и говорить не о чем. Каналу «Россия» сердечное спасибо за показ. Редкостный случай, когда поздний час трансляции (в 2 ночи, что ли, стартовали) оправдан — жуть все-таки.
Только два непонятки.
Во-первых, как слепые морлоки, преследовавшие девушек, оказались еще и настолько глухими, что не слышали ни дыхания, ни стука сердец, даже когда приникали рылом к трепещущей девичьей плоти?
Во-вторых, как режиссер, явно не слышавший о повести Андрея Лазарчука «Там, вдали, за рекой», умудрился сделать почти точную ее экранизацию?
В свое время повесть воспринималась как причуда таланта: мол, решил Лазарчук показать, что может голливудские ужасы снимать в ноль (как пацаны во дворе соло Пейджа снимали). А теперь, видимо, Нейл Маршалл взялся продемонстрировать, что красноярские ужасы близки ньюкастлско-массачусетским селезенкам.
Надо срочно Dog Soldiers найти и посмотреть. Вдруг это и впрямь римейк советского перестроечного триллера «Псы».

«Зеркальная маска»; «Клятва»

Фильмы, в принципе, не имеют ничего общего – один (Wu ji, он же The Promise) китайский, другой (MirrorMask) американский, один от режиссера мирового уровня, второй от малоизвестного толстяка, один распиарен вусмерть, второй скользнул третьим экраном, несмотря на маститость сценариста (Нейла Геймана), один разруган многочисленными критиками, второй захвален малочисленными ценителями. Формально совпадений два: сказки; вышли в прошлом году. Для меня существеннее оказалось, что я посмотрел их почти одновременно – и счел возможным сопоставить.
Потому что было ребрышко, по которому они сопоставлялись. Даже пара ребрышек

«След зомби»

Олег Дивов

Согласен, глупо рассказывать о книге, написанной десять лет назад и переизданной в новой редакции в прошлом году. Но я честно предупреждал, что Дивов у меня до последнего времени не шел, так что к дебютной трилогии мне удалось подступить лишь сейчас. «След зомби» произвел на меня удивительное и разнообразное впечатление. Если вкратце: от первой части я был в восторге, второй был страшно разочарован и добивал через силу, третья оказалась средневзвешенным продуктом с бонусами для тех, кому понравился запев. Если не вкратце

Рой (Prey)

Майкл Крайтон

Крайтон, если не ошибаюсь, входит в золотой топ поставщиков литосновы для Голливуда. Точнее, Крайтон болтает ножками на самой макушке этого топа, ведь по его книгам поставили «Юрский парк» с продолжениями. Остальные фигуранты списка типа Гришема и Клэнси таким подвигом похвастаться не могут, их экранизации успешны, но не эпичны. А Кингу, который вне конкуренции, в синематографе просто не прет.
Но для меня Крайтон дорог не этим, и даже не тем, что он последний твердый научный фантаст, если успешных брать.
Нам другие дороги дороги

Исландская карта

Александр Громов

Поначалу-то я вообще в ужас пришел — когда на 2-й странице основного текста началось описание беспризорника с калачом. Калач был румяный, беспризорник уплетал его за обе щеки, употреблялись еще какие-то лексемы из словаря Лидии Чарской.
Понятно, что автор строил стилизацию, но столь снулой стилизации я от Громова не ожидал.
Потом слегка распогодилось

«Черная земля»

Василий Щепетнев

Щепетнев долгое время был ярким примером того, что судьба хорошего писателя иногда злодейка, а иногда сука рваная просто. Врач воронежского центра антиСПИДа заявил о себе в начале 90-х, постепенно стал знаменитым в фэндоме и кругу читателей «Компьютерры» автором, одним из создателей и видным пропагандистом жанра литературного альманаха, обладателем аж двух «Бронзовых улиток», чуть ли не единственным стоящим фантастом России по версии пары особо оголтелых критиков – и не издал ни одной книги. Хотя успел написать чуть ли не с десяток повестей – сухих, жестких и очень цепляющих. Да к тому же медик Щепетнев-то – а в России медики-писатели-фантасты обычно ребята не только талантливые, но и пробивные.
Но упыри пройдут везде

Ветеран Куликовской битвы, или Транзитный современник

Павел Калмыков

Сперва цитата.

«К Рогатке Мотя питал самые сыновние чувства, любил спать в коляске и самые вкусные косточки прятал там же, под сиденьем. Как деду куда ехать — Матвей тут как тут, суетится, скачет козленком, занимает место второго пилота. Дед ему и шлем вырезал из пластмассового мячика, с отверстиями для ушей. Думали, пес надевать не захочет. Плохо думали. Сам приносил и просил, чтобы застегнули.
Едет, бывало, по городу, передними лапами на борт коляски опершись. Гордый. Шерсть от ветра напробор. Морда под шлемом на Гитлера смахивает. И как обгоняют какую-нибудь пешую собаку, Мотя бросает ей презрительное «Гаф!»
Раз поругался дед Валентин с батей Виктором. Злой, взнуздал Рогатку — сгонять за папиросами. Мотя с каской в зубах был наготове.
— Пошёл вон! — рявкнул дед и добавил еще несколько плохих слов о любви и анатомии.
Несколько хороших слов

«У Билли есть хреновина»

Олег Дивов

Как-то не шел у меня Дивов. Совсем. В свое время пытался начать «Мастера собак» и «Лучший экипаж Солнечной», но в обоих случаях на второй странице отпал и отполз (а я, между прочим, читатель умелый и опытный, я «Код да Винчи» до середины дочитал). Ну хорошо написано, ну сюжет, наверное, сильный, — но не мое. Никак и никоим.
Потом я обнаружил ЖЖ Красавицы и Чудовища. То, что Чудовище туда вывешивал, выглядело более чем симпатичным. Даже армейские истории, которые я не слишком люблю, у Дивова получались вполне высококачественным литературным фактом. Ну, и какие-то базовые мировоззренческие принципы часто совпадали, а это существенный фактор при выборе «своих» писателей. Так что я несколько раз вдохновлялся, брал в книжном очередного Дивова с намерением вот сейчас купить и неминуемо прочитать – и, полистав, ставил на место. Не мое, блин – и хоть ты сдохни.
А на той неделе в одном волшебном магазине, где книжки не стоят дороже 30-40 рублей, дали мне «Хреновину» на сдачу. И я ее прочитал. И остался очень доволен.
И вот почему