В выходные на почве простуды посмотрел три кина, все страшно понравились (на почве простуды, не исключено). Это, значит, второй «Стартрек» (Star Trek: Into Darkness), третий «Железный человек» (Iron Man 3) и первая, она же последняя «Иллюзия обмана» (Now You See Me).
Все кины с развесистым сюжетом, нанизанным на простенькую фабулу, грохочущие и взрывающиеся во все небо. Актеры хорошие, девушки приятные, спецэффекты четкие, все прыгают, искрометно шутят, обманывают друг друга и резко дерутся.
Я для подобных фильмов в свое время критерий придумал: понравился бы мне такой лет в 12 или нет. Так вот, каждая из этих картин, напорись я на нее тридцать лет назад, сделала бы меня счастливым месяца на полтора минимум.
Впадаю в детство, короче. И это хорошо.
Tag Archives: рецензии
«Монголо–татары глазами древнерусских книжников середины XIII‑XV вв.»
Владимир Рудаков
Отличная монография. Автор изучил летописи не как спорные наборы фактуры, а как художественные назидательно-публицистические произведения, в которых важны не только и не столько события и даты, сколько цитаты из Библии и ранних летописей, ранее вычищавшиеся из научного оборота как малосущественные. Именно такой подход позволил довольно убедительно и массировано доказать, что первые полсотни лет монголы воспринимались практически всем населением русских княжеств как наказание за грехи и Бич Божий, противиться которому — тоже грех, смертный и глупый. «Никто из незначительного числа активно сопротивлявшихся татарам персонажей летописных рассказов не призывает Господа прийти ему на помощь — ожидать подобной помощи в условиях насланных на Русь наказаний было бы просто бессмысленно.» Долг христианина — смиренно принять мученическую смерть, а кто сопротивляется, тот дурак. Первыми зароптали именно помнившие Писание назубок церковники — и именно через моисеевы сорок лет после начала нашествия. Мол, э, время вышло, продлевать не хотим. Лишь после этого в биче стали проступать человеческие черты, в том числе позитивные. А хорошего человека чего ж не побить-то. И сразу легче пошло — и в творчески переработанных летописях (с добавлением княжеских геройств, Евпатиев Коловратов и засадных полков) , и в жизни.
Далее, как всегда, масса цитат почти без комментариев.
Цитаты
«Мифы, сновидения, мистерии»
Мирча Элиаде
Элиаде — классик и гуру этнографии и антропологии. Раньше я его не читал, первым знакомством малость обескуражен. «Мифы, сновидения, мистерии» довольно неаккуратная и разлапистая книга, сборник разноразмерных эссе, построенных на чудовищном количестве странно подобранных и осмысленных источников. Автор то и дело увлекается отдельными темами типа полетов в мифах и принимается гнать связанные с этим концепции просто-таки авторскими листами, чтобы в итоге плюнуть, забыть и переключиться на перечисление тезисов через запятую. Отдельной жемчужиной, которой я непременно намерен пользоваться в личном обиходе, является фраза «На основании доводов, которые мы не можем здесь изложить, эта гипотеза не кажется нам хорошо обоснованной».
Впрочем, половина моих претензий снимается давностью написания книжки, другая половина — богатством пусть и однобоко подогнанной фактуры.
Несколько цитат для памяти:
«Адептов стегают плетью из шкуры пантеры, а затем привязывают к горизонтальному шесту, расположенному примерно в ярде от земли — нам говорят, что «именно в ходе этого обряда многих неофитов охватывает страх и они делают отчаянные попытки бежать». Из приведенного описания трудно понять причину ужаса, и это вызывает подозрения, что к этому имеет отношение другой, более страшный обряд, который этнологам не удалось пронаблюдать.»
«Сейчас существуют доказательства наличия человеческих жертвоприношений почти во всех земледельческих религиях, хотя такие жертвоприношения в большинстве случаев стали лишь символическими.»
«При этом неофиты подражают поведению привидения: они не пользуются во время еды руками, а берут пищу прямо зубами, как и полагается душам умерших».
«Давайте вспомним, как мучили дьяволы св. Антония. Его поднимали в воздух, душили под землей, истязали его плоть, выворачивали конечности и резали на куски. Христианское учение называет эти пытки «искушением св. Антония» — и действительно, до некоторой степени это искушение приравнивается к испытаниям посвящения. Победно выстояв все эти испытания — то есть не поддавшись всем этим «искушениям» — монах Антоний становится святым. Другими словами, он «убивает» того непосвященного человека, каким он был, и снова возвращается к жизни другим, возрожденным человеком, святым. Но с не-христианской точки зрения это также означает, что демоны добились своей цели, которая и заключалась в том, чтобы «убить» непосвященного человека и дать ему возможность возродиться.»
«Молодые женщины до некоторой степени наслаждаются добрачной свободой, и встречи с юношами происходят в том доме, где проводятся собрания для прядения. Этот обычай еще был известен в России начала девятнадцатого века «
«Канатоходец»
Десмонд Бэгли
Вполне обычный англичанин, проснувшись с утречка, обнаруживает, что находится не дома, а в норвежской гостинице, совершенно не помнит последних дней, а из зеркала на него смотрит абсолютный незнакомец, на незнакомое же имя которого и выписаны рассованные по карманам документы. И никто кругом герою не верит, зато многие чего-то от него хотят, при этом метко стреляют.
Бэгли я открыл с подачи
Будем продолжать.
«Дикая охота короля Стаха»
Конец 19 века, белорусское Полесье. Вольнолюбивый ученый из только народившейся породы фольклористов попадает в мрачный замок, юная хозяйка которого готовится скоропостижно прервать историю древнего шляхетского рода в связи с общим нездоровьем и обострившимся родовым проклятьем. Под стенами замка все активней топочет конница призраков, наводящая ужас на всех, кроме пришлого этнографа, который бросается на защиту сперва естественной картины мира, потом справедливости, потом любви.
Тридцать лет назад "Дикая охота" была вполне культовым явлением — и сама по себе, и как основа громкого фильма. Оба культурных явления прошли мимо меня, теперь половину наверстал.
Оказалось, очень годная книга — и как готический роман, и как наш ответ "Собаке Баскервилей", и как народно-освободительная ода. Даже перебор пафоса и поэтической ярости воспринимается как примета жанра, а не места и времени написания.
Заодно мне стал чуть понятней феномен популярности ансамбля "Золотое кольцо". Его главный хиток про напилась я пьяна, оказывается, сперва был мощно процитирован в "Дикой охоте" — вот и зашел в публику как родной.
«Врата испуганного бога». «2-Герой-2»
Давно и изощренно колонизованная Галактика живет мирной жизнью: крейсера бороздят просторы, планеты лелеют национально-культурную идентичность, бандюки льют лавэ, закулиса точит планы, казаки наглаживают нагайку, а цыгане почесывают хитиновую головогрудь. Все нормально, в общем, вот только то там, то тут вспухают пузыри, из которых валят некоммуникабельные истребители загадочного происхождения. Так получилось, что уконтрапупить их может только перевоспитанная мегерой-генеральшей странная парочка, которую с недоумением составили туповатый лабух-ирландец и шустрый хакер-болгарополяк.
Сергей Жарковский не очень любит свой дебют, написанный в соавторстве с Андреем Ширяевым. В принципе, поначалу его можно понять: первая четверть первой книги дилогии "Двойной герой" полностью оправдывает рамки издания (серия "Фантастический боевик" издательства "Армада", 1998 год). Это такой безнадежно юмористический текст с экспрессивными шутками, искрометными диалогами и прочей стыдобенью типа "случалось сие нарушение редко, но уж ежели когда случалось", которая тогда служила признаком хорошего тона и тонкого вкуса, да и сейчас, говорят, чему-то служит.
Тем удивительнее, что во второй четверти повествование выпрыгивает на два корпуса и дает нормального такого Жарковского, классную, хорошо придуманную и очень живую космооперу, тут и там уставленную тепличками, из которых чуть позднее и вымахнул колосс "Хобо". Но интересна дилогия, понятно, не как теплица и не как образец работы с упрямым соавтором. Она сама по себе очень интересна, стабильно, с сотой где-нибудь страницы первого тома и до последней, срывающей читателю башню — и энергия взрыва несет-несет эту башню весь второй том, не позволяя моргнуть или зажмуриться.
"Теперь — о деньгах. Деньги были большие. И достаточно о деньгах. К делу."
Жарковский, давай следующего "Хобо" уже.
«H2O»
Яна Дубинянская
Побитый жизнью мужик покупает домик на холодном берегу — чтобы просто смотреть на море, писать программы для заокеанского работодателя, вежливо раскланиваться с редкими соседями, не обращать внимания на странности типа взрывающихся стекол и валяющихся под ногами рук — и не вспоминать про распирающие шкаф скелеты. Скелеты приходят сами, почти не постаревшие, красивые, богатые, во плоти и во всеоружии. Потому что холодный берег оказался точкой, на которой старый добрый мир вздохнет, повернется и либо рухнет, либо равнодушно проползет по герою — как и двадцать лет назад.
Яна Дубинянская умница, красавица, мать троих детей и сильный писатель. "H2O" — очень крепкий роман, внезапно оказавшийся весьма актуальным (спасибо таланту автора и новейшей украинской истории, которая накопила годные модели для российских массовых протестов).
Понятно, почему фантасты считают Дубинянскую своей: фабульно и идеологически роман тяготеет к российской фантастике "четвертой волны" и живо напоминает, например, " Путь побежденных" Андрея Лазарчука. Понятно также, почему сама Дубинянская и сочувствующие ей критики предпочитают вяло отпинываться от гетто, которое последний десяток лет решает принципиально иные задачи принципиально иными способами. "H2O" хорошо придуман и тщательно сделан, при этом быстро выжигает опасения, возникающие у заскорузлого читателя при столкновении с понятием "украинская фантастка". Роман написан в подчеркнуто мужской манере, суховатой и жесткой, и с этим связана одна из трех проблемок. Если я правильно понял, именно игра в мужской почерк заставила Дубинянскую впадать в мачизм, который обычно выдает отчаянную неполовозрелость субъекта ("Информационный портал раскинулся завлекательно и броско, словно порочная женщина на ярком покрывале", "Вонзил ключ в замочную скважину сильно и точно, как нож под ребро" или "Особенно ощущая затылком длинный чужой взгляд — перед собственным, быстрым и прицельным, как снайперский выстрел через плечо").
Вторая проблемка — недоредактированность текста. Издатель, похоже, подпал под бесспорное обаяние стиля и оставил в тексте звонкие чушики вроде "сдавшись перед необходимостью принять душ", "под ноги то и дело попадались обрывки желтой резины", "мельком черкнул взглядом о счастливый свет Женькиных глаз" и прочую "малейшую подоплеку у этого иррационального чувства, сверкающей звонкой уверенности".
Третья проблемка упирается в помянутую традиционность текста: сюжет развивается довольно предсказуемо, рояли не притворяются кустами, вопрос лишь в количестве финальных жертв. Ответ меня вполне удовлетворил. Да я и неспроста оперирую уменьшительно-ласкательным суффиксом: перечисленные особенности романа являются не проблемой, а частью правил (ну вот так в боллитре принято, ага). Написан "H2O" круто и читается с интересом.
«Долгая счастливая жизнь»
Молодой неудачливый фермер получает шанс свалить обратно в город, закрыв при этом кредит и даже получив компенсацию для себя и обрыдших работничков — землями района заинтересовался денежный крупняк, и счастливая администрация уже бегает с договорами в зубах. Но работнички решают побузить на тему «Это наша земля». Герой вдохновляется, ведется, посылает чиновников лесом, и очень быстро обнаруживает, что вожжа под хвост — это ненадолго. А отступать все равно западло.
Лет семь назад режиссер Хлебников снял фильм «Свободное плавание«, который вошел в число моих любимых. «Долгая счастливая жизнь» в это число не войдет, хотя в главной роли там тот же Яценко, запевы обеих картин рифмуются, а называется кино в честь песни любимого Летова (а вовсе не фильма Шпаликова, как логично было бы предположить). «Долгую счастливую жизнь» вообще трудно называть полнометражной картиной, что по хронометражу (час пятнадцать, включая титры), что по сюжету и идеологии. Скорее, это развернутый этюд на тему малого грешка плавного предательства и великого греха гордыни, ну и пары вечных ремарок типа «Не мы такие» либо «Вот так и живем». Этюд принципиально простой и недобрый. Лишь фирменная остраненность авторов и их любовь к затяжным периодам позволяет не спутать кино с типовыми чернушными фильмами постперестроечной эпохи.
Зато актуально, чо.
«Мост» (Bron/Broen)
Среди ночи гигантский Эресуннский мост, соединяющий шведский Мальмё с датским Копенгагеном, на 45 секунд погружается во мрак. Когда фонари загораются снова, на асфальте обнаруживается труп женщины — талией ровно по государственной границе. Вернее, не талией, а срезом, и не женщины, а двух — верхняя половина трупа принадлежит шведской чиновнице, нижняя — датской проститутке, сгинувшей и, оказывается, убитой и замороженной больше года назад. И это только первый из пяти публичных уроков, который я преподам равнодушной общественности, объявляет убийца в радиообращении, записанном тремя годами ранее. Попытаться сорвать уроки, способные взбунтовать обе державы, должна совместная бригада, которую с шведской стороны возглавляет увядающая Барби с мозгами и психикой робота, а с датской — погрязший в семейных проблемах улыбчивый бонвиван с пузцом и свежей вазэктомией.
Очень качественный сериал, образец умного североевропейского триллера, традиционно подтапливающий невероятную вычурность интриги в социалочке и бытовухе под спудом тотальной холодной вежливости. Сочетание подкупает вменяемого зрителя на раз, выверенный темпоритм чарует на протяжении всех 10 серий, а щедро насыпанные бонусы типа плохо замаскированного глумления героев над произношением партнера (фильм принципиально двуязычный, поэтому особенно советую смотреть с субтитрами, а не дурной озвучкой) совсем радуют. Как и очень грамотное введение и выведение обманных и вообще побочных линий, каждая из которых может стать ключевой. Несколько сбивает уровень затяжная кульминационная сцена, выполненная в стандартном голливудском стиле — но и здесь авторы изворачиваются и находят свежие стеночки, по которым удается выбраться в нетривиал.
Очень рекомендую.
Возвращение блудного Будулая
В последние несколько месяцев чтение у меня было плотным и преимущественно обязательным. Судейство в премии «Чертова дюжина Darker» оказалось не слишком изматывающим — пришлось, хоть и довольно быстро, прочитать 13 рассказов. А вот роль эксперта во Всероссийском конкурсе «Книгуру» вынула из меня многое, взамен вложив 102, если я не сбился со счета, произведения средней и крупной формы.
Повода жаловаться нет, опыт оказался интересным и где-то даже куражным, однако возможности читать-смотреть что-либо в необязательном режиме почти не оставил. Не будем забывать и про финальное редактирование романа «За старшего», а также внезапное отписывание рассказа для антологии «Русские дети», которая выйдет в «Азбуке» через пару недель.
В общем, будем считать, я объяснил, почему с этой площадки исчезли отзывы на книжки и фильмы, ради которых семь лет назад и заводился этот блог.
Теперь попробую исправиться.
