«Звезда Полынь» Рыбакова вышла уже и в книжном варианте.
http://www1.eksmo.ru/catalog/book?b=80671
Быстро они. Радуют.
Tag Archives: книги
Подбородок украшала интимная стрижка
Пустяковая фраза, а хихикаю со вчерашнего вечера.
Это я Михаила Успенского читаю.
Он велик. По-любому.
Ведь это наши звезды
В апрельском номере журнала «Нева» вышел журнальный вариант новой повести Вячеслава Рыбакова «Звезда Полынь». Еще год назад Рыбаков рассказывал, что этой повестью стартует новый проект то ли «Амадеуса», то ли какого-то другого издательства, собирающегося возродить формат «Роман-газеты». «Амадеус», как известно, сдулся, формат не возродился, зато повесть (целиком ее должно издать «Эксмо») стала первым томом предполагаемой трилогии «Наши звезды».
Допекли мы автора все-таки криками про то, что ван Зайчик ван Зайчиком, но без Рыбакова худо. И это правильно.
Lebensmittelgeschaeft
Посетил книжную ярмарку на Олимпийском, где, помимо процитированной в предыдущем посте книги, купил «Три холма…» Михаила Успенского, «Оружие возмездия» Олега Дивова, «Змееныш» Александра Громова (досадуя при этом на любовь составителей разбавлять новые вещи старыми) и два последних томищща Крапивина. «Блуда и МУДО» Иванова, вопреки заявлениям литкритков, в продаже отсутствует. А то бы попортил он мне статистику ценой, которая наверняка будет рублей под 250. В то время как каждая из перечисленных книг, в том числе толстенные Крапивины, стоили 110 рублей. А Громов почему-то 90. При этом у Дивова с Успенским хотя бы тиражи неплохие, 20-30 тыс, а Громов с Крапивиным обходятся вполне дебютантскими 5-8 тысячами.
Все-таки нехлебное дело быть популярным писателем в России.
Международная песня-загадка
А вот интересно, угадает ли кто-нибудь, как называется купленная мною вчера книга, заднюю обложку которой украшает стихотворение на немецком языке из трех с половиной строф, причем третья строфа гласит:
Um der Hunger und Wind zu entfliehen. Einem kalten Alptraum,
electrischem Gelaechter, einem absouten Reflex.
Allen diesen Geburten, Toden,
Wiedergeburten…
Nachhause gehen!
Подсказка. Немецкий — это необязательная мулька, оригинал писался на другом языке лет 20 назад в месте, отстоящем от Германии на несколько тысяч км.
А что нам надо
Книготорговец Джориан затеял опрос на тему «три книги, написанные на русском языке, которые вы непременно купили бы, если бы они были изданы в ближайшее время».
http://jorian.livejournal.com/242107.html
Намекает, что спрашивает не просто так. Верить в это нелегко, но хочется. Потому даю ссылку и свой навскидочный перечень:
Павел Калмыков, «Школа мудрых правителей» (она же «Очень правдивая сказка») плюс его неизданные повести — «Ветеран Куликовской битвы» и «Разноцветные пионеры»
Александр Семенов, «Несравненная Корябеда» (расширенная версия детективов с загадками из «Мурзилки» четвертьвековой давности). Издавалась в Москве и (расширенный вариант) в Петрозаводске.
Василий Щепетнев — неиздававшиеся повести («В ожидании Красной Армии» и вторую и третью книги «Черной земли»).
UPD: пусть будет и четвертый пункт:
Владимир Покровский, «Танцы мужчин» и другие повести (отдельным изданием выходил только микроцикл про куаферов).
Солнцев умер
Умер Роман Солнцев — красноярский писатель, драматург и главред ведущего литературного журнала «День и ночь», в редколлегию которого входили лучшие сибирские писатели.
Всесоюзную известность Солнцев получил в конце 80-х благодаря острому перестроечному фарсу «Торможение в небесах» (ставился в ряде театров, потом еще и кино сняли) и психологической драме «Мать и сын» (экранизирована под названием «Запомните меня такой»).
Тогда же «Уральский следопыт» опубликовал чумную совершенно повесть «Восторженный беглец» — про благополучного советского инженера, который вдруг бросает все и бежит на таежные строки, пить чифирь и осваивать распальцовку.
На самом деле Солнцев — Ренат Харисович Суфеев, уроженец татарского села под Мензелинском и брат лучшей подруги моей тетушки. Она все хотела нас познакомить, да не срослось. В прошлом году Солнцев согласился напечатать мою повесть, но пока до этого дошло, ее уже принял другой толстый журнал.
Так и не познакомились толком.
До встречи, Ренат-абый.
Inna li-Llahi wa inna ilay-hi raci`unah.
Что вы чувствуете, когда я делаю вот так?
«Эксмо» выпустило трибьют Роберту Шекли.
http://www.ozon.ru/context/detail/id/3200305/?type=3&img=1#pages
Сборник 24 авторов, из них всего треть мне интересна. Так что покупать не буду, увы.
Примечательно, что в сборник включен отчаянный и совсем не шеклиевский (если не вспоминать квазибрэдбериевских мнемонов и «Я слушался медвежонка» (или это не Шекли?)) рассказ Андрея Лазарчука «Мы, урус-хаи», на сей раз подписанный еще и Ирой Андронати. До сих пор рассказ считался сольным.
Еще примечательно, что в книге присутствует рассказ Ирины Бахтиной, одной из наиболее симпатичных лично мне семинаристок Лазарчука красноярского периода, и при этом почти не публикующейся.
Странно, как все пучкуется: именно вчера Олег Дивов (вот в этих комментах: http://p-n-maklaud.livejournal.com/33166.html?thread=67214#t67214) вспомнил другого лазарчуковского семинариста Александра Силаева, а я в ответ вспомнил, что Силаев с Бахтиной и коллегой по тому же семинару Захаровым еще лет пять назад написали совсем читабельный фантроман, который отказалось печатать большинство издателей.
Подиночке люди прорываются — и то хлеб. Хотя безоговорочно прорвался пока лишь один семинарист — не увенчанный Силаев, а Алексей Барон, работающий в очень интересном стиле «твердая НФ с лазарчуковскими интонациями». Естественно, стиль оказался массово неоцененным, и Барон, издав три романа, опять исчез.
Вот, кстати, два года не обновляющаяся страничка семинара:
http://list.krasdin.ru/seminar/index.shtml
И вы тоже правы
Интервью с Сергеем Лукьяненко:
— Славникова сказала, что необходим ребрэндинг фантастики, Быков сказал, что боллитра пускай гниет, а мы будем жить по-своему, Лазарчук сказал, что боллитра через 5 лет помрет сама, а Успенский сказал, что администрировать литературу бесполезно. Ваше мнение?
— Я совершенно согласен со всеми любимыми мною авторами.
— Они говорят разные вещи.
— И вы тоже правы. Моя позиция: оставьте литературу в покое, и большую литературу, и массовые жанры. Побеждает то, что жизнеспособно, то, что востребовано читателем.
— Читателем востребована Донцова.
— Значит, народу нужна Донцова. Успокойтесь, пока народ будет жить так, что ему хочется читать Донцову, он будет читать Донцову. Как только людям захочется читать что-то умнее и серьезнее, они будут читать то, что умнее и серьезнее.
— Проблему деградации вы здесь не видите?
— Я вижу проблему деградации, я не понимаю, как ее можно пытаться решать директивными методами. Если авторы так называемого мейнстрима, большой литературы, пишут скучно, неинтересно, депрессивно, и после этого удивляются, что и не читает массовый читатель, то они сами себе злобные буратино, вот и все.
http://idiatullin.narod.ru/vlast.html
Обозреватель журнала «Власть» повесил на своем сайте авторскую редакцию текста про намерение фантастов спасти великую русскую литературу, сопроводив ее (редакцию) ненапечатанными интервью со Славниковой, Успенским и Лукьяненко.
«Земля войны»
Юлия Латынина
Я уже рассказывал об особенностях предыдущей книги, «Ниязбек», и предполагал, что если новый роман Латыниной будет про Кавказ, выйдет ерунда. Вышла не просто ерунда, а довольно интересный продукт, весьма характерный для нынешнего этапа творчества писательницы. Только что она рассказала, что переиздание ее классического фанттекста «Инсайдер» будет здорово отличаться от общеизвестного варианта, так как она увлеклась процессом редактирования и на фиг все переделала. Так вот, «Земля войны» является именно что неровной калькой с «Ниязбека». Сидел, откинув окровавленный рот
