Принцессы, розы и явно не ЕЕ Россия

Читательское пуританство набирает агрессивность и размах. Пока проплаченные активисты атаковали Пелевина с Сорокиным, это было забавно. Потом бесноватые толпы принялись нападать на подростковые и преимущественно переводные книжки, авторы которых пытались подсунуть невинному российскому ребенку то выпад против национального величия, то сцену с наркоманами, то еще какие секас с насилием и матными словами. Это было уже невесело. Теперь читательская общественность все увереннее находит слова, несовместимые с глазами нашего российского ребенка, в добрейших, умнейших и остроумнейших книжках.
Понятно, что все это мы проходили сто раз — от утаптывания «чуковщины» до разоблачения педераста Винни-Пуха с тунеядцем Чебурашкой. Но когда нас грабли пугали-то.
Дальше пусть великие говорят. Вот три цитаты.

1. «спасибо что выложили скан именно этой страницы
лично я считаю, что слово — хреново — не должно использоваться в художественной литературе для детей»

Отзыв пользователя Пенелопа на книгу Павла Калмыкова «Клад и другие полезные ископаемые» (сайт книжного магазина «Лабиринт»)

2. «А вот, собственно, то, что меня (как маму троих детей и как педагога-филолога) огорчило:
— использование воровского жаргона в тексте — «стрелка», «на шухере», «шорох наведём»;
— грубая лексика — «а ну, стоять! куда прёмся!», «девка», «халявщики», «обалдительно», «Довыделывалась перед молодёжью, балда старая!», «Ну найдись только, дрянь такая! пришибу на месте» (это говорит МАМА-медведица о потерявшейся дочке!!!);
А цитату со стр. 278 приведу развёрнутую:

Бурая девочка Настёна говорила медведице Ксюше:
— Мама, я на следующее лето еду на Цейлон. Меня Бхалу приглашает.
— Что?! — ужаснулась Ксюша. — Только через мой труп! Что у нас на Камчатке парней мало?
— Ты не понимаешь, мама, — снисходительным голосом сказала Настёна. — Он та-ак кла-ассно целуется! И будет заботливый отец.
(Ещё бы Бхалу не классно целовался — с его-то губищами!)
В скобках — это не мой комментарий, авторский.
Я была просто в шоке!!! Особенно учитывая, что книга рекомендована «Для детей младшего школьного возраста» и «Издана при финансовой поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям в рамках Федеральной целевой программы «Культура России (2012-2018 годы)»» (это «культура» явно не МОЕЙ России!).
В аннотации сказано, что писатель обладатель литературной премии «Заветная мечта», а книга полна «безудержной фантазии и неиссякаемого чувства юмора». У меня просто нет слов! Я не знаю, как можно адресовать книгу с такими недоработками детям… Это очень печально.
Настоятельно рекомендую автору сделать работу над ошибками — уж простите за профессиональную самонадеянность.»

Из отзыва пользователя Elen-777 на книгу Павла Калмыкова «Лето разноцветно-косолапое» (сайт Livelib)

3. «Правильно было когда-то сказано, что хорошо воспитанный человек может читать все. Осуждать то, что естественно, могут лишь люди духовно бесстыдные, изощренные похабники, которые, придерживаясь гнусной лжеморали, не смотрят на содержание, а с гневом набрасываются на отдельные слова.»
Ярослав Гашек, из послесловия к первой части «Похождений бравого солдата Швейка»

74 thoughts on “Принцессы, розы и явно не ЕЕ Россия

  1. Это нормально, что общественность возмущается. Проблема в том, кто и какие из этого возмущения сделает оргвыводы.
    В США общественность тоже возмущается, запрещает некоторые книги в общественных и школьных библиотеках.

  2. Пора б уж общественности обратить свой разоблачающий взор к развратной зарубежной классической литературе 19 века — там же кружевное белье на каждой странице!

        • Они не детские. А вот садистов Андресена, Гриммов, Перро, певцов бомжевания Твена с Линдгрен, анархистов Драгунского с Крапивиным и всех современных можно и нужно каленым железом.

          • Это еще мудрый персонаж Грибоедова когда сказал — «собрать все книги бы да сжечь».
            451 по Цельсию.

          • Кстати, знаешь эту хохму, да — что на самом деле именно по Цельсию? Брэдбери якобы позвонил знакомому ученому, спросил температуру возгорания бумаги, тот сказал — 451, а шкалу не назвал. Ну Брэдбери и решил, что речь о Фаренгейте.
            Впрочем, умные люди это опровергают. А другие умные люди настаивают. Жысть как она есть.

          • Ой. Даже интересно, в чём Драгунский с Крапивиным анархисты. Особенно Драгунский.

          • Я же цитировал (ссылка в каментах чуть выше) кусок про «»И тогда я решил Левку убить». Да и вообще — взрослых не слушаются, даже презирают (у Крапивина чаще, у Драгунского тоже попадается — в «Старом мореходе», например), нитрокраской друг друга красят, кашу в окно кидают, любят «стоять позади автомобиля, когда он фырчит, и нюхать бензин». Я уж молчу про тот кусок из письма деда Журке: «Самое трудное знаешь, что? Когда ты считаешь, что надо делать одно, а тебе говорят: делай другое. И говорят хором, говорят самые справедливые слова, и ты сам уже начинаешь думать: а ведь, наверно, они и в самом деле правы. Может случиться, что правы. Но если будет в тебе хоть капелька сомнения, если в самой-самой глубине души осталась крошка уверенности, что прав ты, а не они, делай по-своему».

          • У Крапивина взрослые своеобразные, не поспоришь.
            Ой, а Дениска ещё собирался взрослыми командовать. И «вонюхля» говорил. Или «протухля». Анархисты, да. Разрушители устоев.

  3. Правильно было когда-то сказано, что хорошо воспитанный человек может читать все. Цитата ни к селу, ни к городу. Проблема в том, что дети младшего школьного возраста ещё не хорошо воспитаны. Они только воспитываются.

    • Проблема в том, что автором цитаты выступает не ребенок младшего школьного. А я лично уже в младшем школьном злобствовал над книжками, в которых детишки говорили в стилистике «Ну и чудак же ты Мишка, надаю тебе тумаков».

      • А! Сообразил. Ну, то есть, вы не осуждаете естественную критику обеспокоенной мамашки. Я-то, напротив, как человек духовно бесстыдный и изощренный похабник сразу же с гневом набросился на отдельные слова, обронив по дороге смысл.

      • ну, уже тогда бытовал известный анекдот про «Вася, ты совершенно напрасно капнул мне на ногу расплавленным оловом» — «Прости, Коля, я нечаянно» и т.п.

          • ну, собственно, я как-то читал The Body Кинга (пожалуй, самая любимая мною его книга). Издание для школьников. Там вплоть до деталей: например, герой вспоминает, как, уже взрослым, видел плавающие в пруду использованные презервативы, и ему стало противно. В детской версии это окурки. Когда ребята купаются, и на них цепляются пиявки, рассказчик падает в обморок, поскольку огромная пиявка присосалась к его паху, а тут — к мочке уха. Спрашивается, что страшного в ухе? До этого пиявка на шее так его не впечатлила… Ну, конечно, и язык подчистили (скажем, когда рассказчик ругается с продавцом, а потом вся компания — со сторожем)…

          • Ну, Кинга и для взрослых переводить непросто, хотя язык ясный донельзя, казалось, — Cuntface из «Кристины» вроде так и не получил адекватной русской клички.
            А я был дважды крепко озадачен в связи со Стругацкими. Сперва впал в недоумение в связи с «Отелем «У погибшего альпиниста» — там, если помнишь, герои устроил вечеринку и наклюкались, да только я впервые читал детлитовское, что ли, издание, где все пили исключительно кофе — и косели от него просто устрашающими темпами (просто-таки как от кефира в «УнС»).
            А потом прочитал в древнем томе из БСФ первую главу «Пикника на обочине», взвыл от восторга, помчался искать полный текст, через полгода нашел в достославном молодогвардейском сборнике, прочитал и озадаченно сказал: «Э. Чо за фигня?» Полез сравнивать тексты — и многое понял. Но в целом так и недоумевал, пока нормальное издание не обнаружил.

          • «Подлинная история Красной Шапки». Белка (самец) — кофеман. Ему обычно не наливали — пока однажды не понадобилась Настоящая Прыткость…

          • Гы. Знакомый мальчик лет восьми в свое время смотрел этот мультик, не вынимая, и меня зазывал, но я убоялся аддикции и не стал.

          • кефир-зефир попроб.

            …кефир, вероятно, можно приготовить так, чтобы он реально опьянял. Кумыс же вот бывает конкретно крепкий. Я как-то не то в Уфе, не то в Магнитогорске пил такой. А до того, в детстве, лет в 12-13, был с отцом в Ялте — он в санатории, а я жил на койке у каких-то частников, — у них в холле санатория был буфет, в частности, с соками в таких стеклянных конусах, вином в них же (это в санатории-то!) и с кумысом… кумыс не помню, в конусах или как. Так вот в первый же день отец взял кумысу себе — и мне. А жарко было, я его одним махом и высосал. А тут буфетчица кричит: товарищ, что же вы делаете! (санаторий был конторский, и персоналу предписывалось всех называть «товарищ») Кумыс же крепкий, в нём шесть градусов!..

            А вообще интересно бы написать Художественную Литературу, которая бы полностью отвечала запросам вышеизложенной публики, включая Милонову-Мизулина

          • А я кумыс вообще не люблю. Шубатику вот в Алматы давеча навернул — душевненько.
            А такую литературу уже писали — детлит начала 50-х, официозная проза 70-х и молодогвардейская фантастика 80-х абсолютно соответствуют критериям. Ну или большинство книжек большинства провинциальных издательств.

          • ну, в общем, да

            но я имею в виду — как с кефиром в УнС, чтобы были секс, рок-н-ролл, грабь-убивай-обижай гусей, но так, чтобы абсолютно ни к чему нельзя было придраться. Да, все уквасились до положения риз, но — кофейком и кефирчиком, и так далее.

          • Ну, это постмодернизьм уже, как май-перемай у Пелевина. Все равно придерутся, как помнишь, Филатов в «Забытой мелодии для флейты» — «Что там у вас про простынь, я вам что, идиот, что ли, не понимаю, развели порнографию!»

          • Сам переживаю третий день. Распробовал себе на голову.

          • у нас и натто не достать, и настоящего мацони, много чего. Хотя почему не разводить верблюдов в Московской области, не понятно, в Монголии климат ещё жёстче же…

          • А что нам натто? Да просто свет в окошке.
            В детстве все мы, наверное, недоумевали над «Кондуитом и Швамбранией» — откуда в Саратове верблюды. А они ж по всей Средней, Нижней Волге и Предуралью водились в количествах. А потом кончились, спасибо рачительным хозяевам.

    • «– А вы только хорошие печатаете? Вот я выписал: «У меня зазвонил телефон. – Кто говорит? – Слон». Это от 14 октября сего года. Что это, по-вашему! Когда вы видели, что слоны говорят по телефону? Или вот: «Когда же ты снова пришлешь к нашему ужину дюжину новых и сладких калош!» Что это, по-вашему? Дети должны верить, что можно питаться калошами? Вы представляете, что будет, если каждый пионер съест по калоше!
      Тут уже заорал Игорь Владимирович:
      – Это же Чуковский! Понимаете? Чу-ков-ский!
      А Указатель почему-то ответил тихо:
      – Вот именно. Товарищ Чуковский пишет всякие небылицы, вы их печатаете. Вам приносят стихи о дисциплине, вы их не принимаете. Разрешите доложить, Игорь Владимирович, я буду жаловаться.
      – Пожалуйста, – сказал Игорь Владимирович.
      А Указатель – еще тише:
      – Вплоть до Центрального Комитета…» (с)

  4. Как сказал сам автор, ради видового разнообразия нужны и такие вот. Хотя я лично автора в этом не поддерживаю. Тут не видовое разнообразие, тут другие механизмы надо включать. Естестенный отбор, например. Дать по башке — что может быть естественнее :)? Хоть бы и матери 3 детей. Чем она хуже? Тоже же, как говорил Филатов, дитя природы. Хошь дурное, но дитя.

  5. Ханжи как ханжи. Они нужны, чтобы создать видимость общественного мнения, как Милонов и Мизулина необходимы для внесения одиозных инициатив.

      • Они приносят счастье. Если у людей отобрать что-нибудь привычное, но не жизненно важное, например, возможность читать книги со словом Белка «стрелка» или «девка», люди не будут сильно печалиться, хотя и ощутят некоторый дискомфорт. А вот когда после этого вновь разрешишь, народ будет счастлив — вернули!
        Появится ощущения победы, гордости за свою страну, где есть такие неслыханные свободы. И ещё появится понимание, что читать такие книги — привелегия, которой могут одарить, а могут опять отнять, восстановив статус кво.

  6. Я щетаю, что в книжках для детей слова ваще не нужны. Ведь на каждой странице можно будет найти буквы х, у, й. И подумайте сами, смогут ли дети сложить из этих букв слово Вечность???

  7. В нашем детстве такого не было!
    Из всех уроков музыки я лучше всего помню две песни:

    Что с попом, что с кулаком — вся беседа:
    В брюхо толстое штыком мироеда!

    И:

    На Дону и в Замостье
    Тлеют белые кости,
    Над костями шумят ветерки.
    Помнят псы-атаманы,
    Помнят польские паны
    Конармейские наши клинки.

      • А вот это не воспринималось, потому что замыливалось раньше способности понимать.
        И никто не обращал внимание на то, что Тарас Бульба жёг младенцев.

        • Я обращал. И на «пусть подвернется какая татарва, узнает, что такое казацкая сабля» — тоже. Но относился с пониманием. Почему-то.

          • Да там настолько все всех режут, что татарве пришлось бы вставать в конец длинной очереди, чтоб дождаться выполнения таких заманчивых обещаний.

        • ну как, я обращал. Когда проходили ТБ, я читал не по хрестоматии, а по книге из домашней библиотеки. Когда дошли до младенцев и «красных сапог», это когда у пленных сдирали кожу с ног, — выразил недоумение. Учительница сказала, что, мол, такое время было, жестокое, и вообще не в этом дело. Я, тем не менее, продолжал недоумевать.

  8. Я, положим, в возрасте чуть постарше младшего школьного вовсю читал Мопассана из дедовской библиотеки (с поиском «интересных» мест).
    Но, может, и правда — ну его к аллаху «Он та-ак кла-ассно целуется!» рекомендовать младшим школьникам?

    • Реплику про «к аллаху» я проигнорирую как неподготовленную, а по существу: почему? Почему в дидактически-юмористической повести юная бурая медведица не может отметить целовальные таланты медведя-губача? Дети узнают, что сказочные медведи могут целоваться, захотят целоваться с медведями, с человеческими губастиками, еще с кем-то? С одной стороны,, что в этом страшного, с другой — тогда, может, начинать с ограждения детей от книжек, где царь велит отрубить кому-то голову?

      • Не совсем понимаю, что не так с репликой, может, потому что там, где я вырос, это довольно нормально (опять же, в моей среде).
        С чего бы это детям захотеть целоваться с медведями? Собак домашних — свидетель — целуют в морду, лошадей, но мишек…
        Впрочем, надо бы сначала прочесть, чтоб не вышло, как с Борисом Леонидовичем.
        Целоваться всяко лучше, чем головы рубить, но на стороне отрубания сотни лет сказочной традиции, укоренению же первого, видимо, потребуются годы и книги, благо, начало положено.

  9. В собрание цитат. «Книга конечно же стильная. Художник воистину потрясающий. Сказка хорошая. Но зачем чертыхаться? Благо, что хоть один раз. Деткам ни к чему такие словечки знать. На мой взгляд ложечка дегтя испортила хорошую красивую бочку меда. Книгу не оставлю у себя. Придется подарить кому-нибудь.» Отзыв в Лабиринте.
    http://www.labirint.ru/reviews/goods/334471/

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *