Чудовищное кино — не в смысле плохое, а в смысле «ждали чуда, вышло юдо».
На чудо только и оставалось надеяться — зная творческую манеру Бекмамбетова, эстетические предпочтения Эрнста и сигналы вроде этого. Да только вышло по-другому.
Эльдар Рязанов в «Неподведенных итогах» довольно подробно рассказывал про то, как в ходе работы над сценарием прорабатывалась логика персонажей и их отношений, которой только и обусловливалось появление новых персонажей (у Лукашина должны быть невеста, которой он ляпнул про Ленинград, у Шевелевой – ревнивый жених, иначе вместо сшибки характеров получится водевиль и промискуитет, ну и т.д.). Создатели сиквела действовали по радикально иной и невероятно разветвленной схеме.
С одной стороны, им хотелось сделать максимально точные реплики самых памятных сюжетных ходов и гэгов оригинала. С другой, решено было вдруг показать, как достойно выходят современные пацаны и девчонки из нелепой ситуации 30-летней давности. А с третьей, авторы невесть с какого бодуна ударились в счастливо подзабытый было поджанр кинокапустника, в рамках которого в кадр засовывается максимальное количество друзей, приятелей и просто любимцев публики — и всем от этого приятно.
К сожалению, ни одну из этих ветвей создатели иронического продолжения не проползли до конца. Получилась разыгранная малосимпатичными людьми недобрая история беспринципного молодого человека, который, судя по всему, мать не любит и не помнит, а отца брезгливо жалеет, потому с подачи старших товарищей (довольно эфемерной, впрочем) решает уладить ему жизнь. Для этого ему необходимо только чуть-чуть поизображать пьяного, чуть-чуть подышать гелием и чуть-чуть помять миловидной девушке трапециевидные мышцы. Остальное получается само собой на радость героям и на удивление зрителям.
Понятно, что в рождественских проектах логика не канает – но у Бекмамбетова не канает вообще ничего, кроме идеологически устаревших спецэффектов, в нормальных кинематографах вообще-то не пущаемых дальше титров. А рваный монтаж и дергание камеры вообще представляются безусловной находкой новогоднего проекта, свежей и уместной, как расчлененка в детской комедии. В результате «Ирония судьбы. Продолжение» выглядит не лучше, а если честно, то и похуже любого из отечественных новогодних фильмов, безбюджетных и приторных до липкости, появляющихся в последние десятилетия каждый декабрь в количестве 3-5 штук и не собирающих и процента от бекмамбетовской кассы.
Главная проблема продолжительной иронии вышла с кастингом. Он тоже исходил из трех принципов сразу. Первый, диктовавшийся первоисточником, требовал держаться корней. Не получилось – и собачку в лифте проигнорировали, и дядьку в аэропорту, а Рязанов оказался совсем не пришей козе баян. Из Бекмабетова проистекал второй принцип: максимально занять в проекте труппу «Дозоров». Тоже не получилось: Завулона и молодого Олялина, допустим, подтянуть удалось (хоть и огромными усилиями), но от Фриске и Чадова с сожалением пришлось отказаться – хотя, отметим, Фриске с уже отрезанным пальцем обжигание руки перенесла бы куда натуральнее Боярской.
К третьему, капустному принципу, кристаллизировавшемуся еще в шедевре «Восемь с половиной долларах», продюсеры тоже отнеслись довольно халатно. Ежу же понятно, что коли главную женскую роль играет Боярская, а самую мелкую женскую роль – ее мама, то непременно должно было найтись место и папе – обязательно в шляпе, которую он не снимает с 1986 года, и обязательно под душем, с криками: «Спинку потри, каналья!» Ан не нашлось. В его отсутствие даже Мурзенко с Хаапассало смотрелись бледно и никчемно.
Примерно как Хабенский с Боярской. Вот ничего не скажу – один отличный актер, другая видная девушка, ноги, кожа, губы, честно говоря – а вот не цепляет. Ни химии, ни физики, ни твердого дела – сплошное отбывание номера и павловские рефлексы на «Если у вас нету тети». Про старую гвардию, унаследованную из оригинала, ничего не буду: жалко их, и все. Понятно, что такую репутацию уже не покорябать – но попытка была мощной.
Впрочем, есть в кино два светлых пятна. Поменьше — Безруков, который и сам по себе хорош, и роль у него продумана лучше других (блютус, все дела). Побольше – Роман Мадянов, дающий натурального Ельцина золотой поры. Наверное, две минуты его присутствия на экране и оправдывают появление этого юда.
К сожалению, не слишком сильно.
Tag Archives: кино
В это трудно поверить, но надо признаться
Рецензия Лидии Масловой на «Самый лучший фильм» в сегодняшнем «Коммерсанте».
Заголовок: «Наша параша»
Подзаголовок: «Гарик Харламов «насрал в кинотеатр»»
http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=843008&NodesID=8
«Почти серьезно…»
Юрий Никулин
У книги одна проблема – знаменитый публицист и популяризатор всего на свете Владимир Шахиджанян, рихтовавший мемуары знаменитого клоуна, все-таки слишком укоренен в журналистике 70-х, у которой при множестве достоинств была существенная нехватка цветности. Вживую Никулин рассказывал лучше, избегал канцеляризмов, штампов, не именовал людей в старой газетной стилистике («управляющий цирками Н. Стрельцов, художественный руководитель цирка Ю. Юрский, самый знаменитый клоун Карандаш, дрессировщик и клоун В. Дуров, силовой жонглер В. Херц, директор циркового училища, в прошлом жонглер В. Жанто — все они сидели в экзаменационной комиссии, которая оценивала результаты нашей работы за первый учебный год»), и уж точно не разжевывал соль шутки.
(Зато именно благодаря Шахиджаняну с книгой может познакомиться любой желающий — и совершенно бесплатно, вот здесь: http://1001.vdv.ru/books/nikulin/).
Впрочем, привычка к стилю нарабатывается (вспоминается) мгновенно, толстая книга идет влет – и нехватка живости изложения махом компенсируется живостью и цепкостью наблюдений, а также обилием редкостной фактуры, связанной с советским бытом 30-50-х годов, устройством мировых и отечественных цирков и особенностями комического производства. Некоторые истории потрясают: про униформистов, которые умело принимают на грудь срывающихся гимнастов – и многие после этого даже выживают. Про довоенных артистов балаганчиков, номер которых сводился к выпиванию десятков литров воды, чистой и с лягушками или рыбками, потом керосина, а потом изрыганию пламени и извержению воды – по желанию зрителей чистой или с лягушками-рыбками. Про гениальную украинскую овчарку, сыгравшую Мухтара по телеграмме хозяина (он вызвался помочь ровно в тот момент, когда выяснилось, что столичные собаки играть не могут, так что картина погибла). И так далее.
Впечатляет совершенно беспощадное отношение Никулина к себе: по ходу всей книги он аргументировано аттестует себя как человека не очень талантливого и осторожного на грани трусоватости. Ни у кого никогда я столь гамбургского подхода не встречал – и не встречу, наверное.
Но больше цирковых и киношных чудес меня пришибли простые факты биографии знаменитых советских клоунов. Никулин семь лет провел на войне – сперва финской, потом Отечественной (большую часть под блокадным Ленинградом), простым артиллеристом. А его напарник Шуйдин (Взяли бревнышко – и паннесли!!) всю жизнь сильно гримировал лицо, чтобы замазать страшные шрамы. Он горел в танке.
Богатыри – не мы.
«Монгол»
Про транснациональный проект Сергея Бодрова-старшего кучу всего написали, и выглядит куча вполне бесспорной. Да, размах постановки вызывает уважением и легкую скуку, да, некоторое возвеличивание Темучина нивелируется его же некоторым опущением, да, боевые сцены хороши — но не слишком самостоятельны и подпорчены компьютерной графикой, да, сюжет падает мимо аудитории: монголы и азиаты будут оскорблены намеками на ублюдочность всех чингизидов, европейцам же с россиянами не хватит либо звероватости, либо шекспирщины — чжанимоувской красотишшы, в конце концов. И да, это лучше, чем «Кочевник», но не намного.
Такие фильмы следует разглядывать как узор на ковре в бабушкиной гостиной: не печалясь обилию пыли и отсутствию логики, но радуясь всякому новому трюку прядильщиков или там выверту тканой основы. Я так и смотрел. Потому не слишком переживал из-за проклятых монгольских вопросов (главные из которых, судя по всему, «А что он эти два года делал?» и «Где и как он набрал людей в отряд?»), а радовался тому, как Бодров дает Питера Джексона, а азиатские актеры демонстрируют разнообразие выучки. Главной радостью оказался, как ни странно, не довольно дубоватый японец, исполнивший главную роль, а заткнувший за пояс и ниже всю съемочную группу китаец Хонлей Сунь, сыгравший Джамуху, побратима Темучина. Такой работы на полутонах, на цыканьи зубом, лирическом порыгивании и ироническом дерганьи бровью я оч-чень давно не видывал — при том, что и подраться, и на лошади поскакать товарищ Хонлей совсем не дурак. Дяденьку, оказывается, считают одним из лучших китайских артистов — и, я вам скажу, есть за что.
И разве можно всерьез называть шнягой фильм, открывший российской и мировой публике (в моем хотя бы лице) такого актера?
Никак нельзя.
Если каждый новый фильм про Бичей Божьих и Мечей Востока (жизнеописание Тимура вроде бы обдумывается, а там и Аттила с Батыем, Бабуром и Сельджуком подтянутся) будет чисто случайно открывать новую азиатскую звезду, формирующийся тренд можно считать исторически оправданным.
Думы мои, сумерки
«…К концу 2007 года на студии 20th Сentury Fox завершится работа над первым вариантом сценария блокбастера «Сумеречный дозор» по мотивам книги Сергея Лукьяненко. В голливудской компании уверены, что путь от «сценарного черновика» до появления ленты на больших экранах «Сумеречный дозор» проделает за 15—18 месяцев и стартует в мировом прокате уже в 2009 году. Примечательно, что к написанию сценария сам Сергей Лукьяненко не допущен. Студия Fox привлекла к работе сценариста, имя которого в компании отказываются называть. Но известно, что книга российского фантаста будет существенно переработана.
…Над сценарием «Сумеречного дозора» в Голливуде работают уже год. По некоторым данным, бюджет фильма составит не менее 100 млн долл. Причем расходы поделят между собой «Первый канал» и студия 20th Сentury Fox…
В сюжете, кроме русского героя, появится, скорее всего, американец. Съемки картины будут вестись на английском языке. Чтобы повысить коммерческую привлекательность фильма, действие «Сумеречного дозора» развернется теперь не только в Москве, но и в мегаполисах США и Европы. В фильме будет больше компьютерных эффектов. Планируется, что режиссером блокбастера вновь станет Тимур Бекмамбетов, который сейчас работает над фильмом Wanted с Анжелиной Джоли. Кроме того, генеральный директор Twentieth Century Fox C.I.S. Михаэль Шлихт заявил, что сюжет будет обсуждаться с Анатолием Максимовым и Константином Эрнстом, а «в какой-то момент г-ну Лукьяненко предоставят возможность прокомментировать сценарий». Он заверил, что компания Fox приобрела «Дозор» как франшизу, а значит, в случае успеха в прокате студия не ограничится выпуском одного фильма. Правда, как рассказал Сергей Лукьяненко, у Fox нет прав на его книгу «Последний дозор». «Если «Первый канал» захочет экранизировать эту книгу, я снова с ними буду работать», — заявил писатель. К тому же, Лукьяненко собирается написать еще один «Дозор». В этом романе активную роль будет играть дочь Антона и Светланы — Надя Городецкая.»
http://www.rbcdaily.ru/2007/11/14/lifestyle/302886
Два «12» (8506) — это твой номер
Ни «1612», ни «12» я пока не смотрел и особо не стремлюсь — но и не осуждаю.
В отличие от многих приятелей и коллег, которые что Хотиненко, что сенсею его припомнили решительно все, что можно и что нельзя.
По этому поводу имею сказать следующее.
Никиту Михалкова я не перестану уважать за раннее творчество. Все таки из 5-10 моих любимых фильмов два — его.
А то, чем он занимается последние 15 лет, я просто в зачет не принимаю. Это другой человек делает.
То же самое, и даже в большей степени, Рязанова касается.
К Хотиненко это относится в меньшей степени, он все-таки в коленках пожиже. Но «Зеркало для героя» было вещью. А мотопедист Варелик из михалковской «Родни» был фигурой.
Забывать об этом нельзя.
Прощать — можно.
Идентификация заливной рыбы
Журнал «Афиша», перечислив интересные светкультурные события обозримого будущего, среди прочего сообщил, что 1 января состоится премьера фильма «Ирония судьбы. Продолжение» режиссера Тимура Бекмамбетова, а 27 марта состоится премьера фильма «Разыскивается» режиссера, конечно же, Тимура Бекмамбетова — и с Анджелиной Джоли в главной роли.
Поскольку одновременно снять и почти синхронно сдать в прокат два совершенно разных фильма практически невозможно, а с другой стороны, Бекмамбетов известен как мастер экспортной переделки своих картин, остается предположить, что речь идет об одном и том же фильме. Просто в отечественном варианте это лирическая комедия с Константином Хабенским и Елизаветой Боярской, играющими детей Жени-Нади, встретившихся по той же пьяни, а в международном прокате это, допустим депрессивный триллер с Хабенским-Джоли, мучительно восстанавливающими генно-половую идентичность.
«Груз 200»
Не то чтобы я был готов спорить с теми, кто считает последнюю картину лучшим фильмом Балабанова или образцом невероятной жестокости. Просто мне фильм показался старательным — и старательно глумливым — римейком «Маленькой Веры»: та же упертость в грязные индустриальные ландшафты, облезлые потолки, разобранное население и бульканье прозрачной жидкости. Изнасилование бутылкой можно считать вполне адекватной заменой Вериному подпрыгиванию, которое в наше время было бы элементом не шокирующего, а умиротворяющего воздействия.
Понятно, что режиссер Балабанов очень не любит Советский Союз, свинцовые мерзости российской жизни и, допустим, ментов. Но тут он не одинок. И, что ценно, не стал растекаться — а ведь немногие сегодня способны снять драму продолжительностью менее полутора часов.
С другой стороны, признать трупную сторону сюжета выдумкой озлобленного балабановского сознания мне мешает история, которую я лично описывал лет 8-10 назад: в Казани некий милиционер, по-моему, вполне себе офицер, свихнулся на почве соседской машины, которую вдруг посчитал своей, заколбасил соседа и всю зиму ездил на его «шестерке» — с трупом в багажнике. И даже выезжал в командировку в Альметьевск (400 км от Казани). Весной труп начал разлагаться, запах усилил нехорошие подозрения сослуживцев офицера, давно вооруженных ориентировками на пропавшего соседа. Маниак был арестован, признан душевнобольным и отправлен в дурку.
Если в этом сюжете заменить «шестерку» на девушку, получится вполне себе «Груз 200». Только исходник страшнее — повторяю, лично для меня.
А кино — что кино. «Он пугает, а мне не страшно».
Вот такая у нас классика.
«Ультиматум Борна», «Тринадцать [друзей] Оушена»
The Bourne Ultimatum, Ocean’s Thirteen
Фильмы довольно сильно отличаются друг от друга — и жанр разный, и тональность, да и вообще все наоборот. «Тринадцатка» вполне традиционно живописует жуликов-обаяшек, которые умудряются, не замяв манжет и не прерывая жизнерадостного трепа, утыртить миллион (в нашем случае 500 миллионов), уестествить королеву (ну хорошо, не в этом случае) и так прогнуть противных и союзных негодяев, что любо-дорого-малиново. «Ультиматум», напротив, выстраивает цепочку трюков со звериной сосредоточенностью подростка, проходящего особенно сложную аркаду – а такая традиция в большом Голливуде пока не наработана, поскольку до сих пор истово соблюдалась, главным образом, на ТВ и в среднебюджетных кунфу-боевиках.
Однако есть у фильмов и сходство, малозаметное, но бесспорное. Оно не сводится только к Мэтту Дэймону, сыгравшему (качественно) в обеих лентах, высокотехнологичности антуража и сюжетных ходов, или к тому, что обе картины являются третьей частью проектов, ставших, в свою очередь, римейками полузабытых релизов, причем римейками, далеко не гарантировавшими успеха и прибыли. Зато третьи части были заведомо обречены на позитивный прием и срыв кассы. Именно поэтому создатели обоих фильмов больше всего боялись спугнуть зрителя или обмануть его ожидания – и постарались дать ему только то, чего он хотел, сразу, много — и ни грамма левизны. Что «Оушен», что «Ультиматум» (и «Крепкий орешек 4.0», если честно) стали очень прямолинейными лайт-версиями исходников. В «Тринадцатке» все хайтековские тараканы, приваловские миллионы и веселые гэги распихиваются в первой половине фильма, а во второй зритель радостно наблюдает за триумфальным шествием дружеской власти. Лишь иногда из динамиков доносятся отголоски хруста, с которым сценаристы и продюсеры выдирали из-под ногтя хоть какие-то сюжетопродвигающие конфликты. Впрочем, им можно простить не только это за мексиканскую революцию и чудовищно смешное цитирование «Крестного отца».
А «Ультиматум» и вовсе стал экшн-аналогом типового порнографического фильма, в котором диалоги и перемещения одиночных тел являются лишь связками между смыслообразующими эпизодами. Смысл третьего «Борна» сосредоточен в невозможно крутых драках и погонях – и авторы постарались не слишком это зрелище разбавлять всякой фигней (хотя без модно трясущейся камеры и дидактичного катарсиса, конечно, обойтись было невозможно).
В целом фильмы производят крайне позитивное впечатление и являются лучшим летним зрелищем для неснобливых любителей крупнобюджетного кино.
4.0 в пользу Танечки
В России вслед за дешевым изданием Die Hard 4.0 вышло коллекционное — двухдисковое и помпезное. Знакомство с ним вызывает удивительные чувства.
Первый диск является почти полным аналогом «дешевки» — один вариант видео и две русских звуковых дорожки. Оригинальная стерта. Русские субтитры — видимо, чтобы наслаждаться не только произношением российских актеров, но и начертанием кириллических букв. Прочих бонусов нет.
Второй диск состоит из не очень большого фильма про съемки первого «Орешка» с кратким отсылом ко второму-третьему, и ролика последнего фильма. Nur alles. То есть составители просто вытащили кусок из диска, вышедшего в России 2 года назад и давно ушедшего на распродажи, отлили его в отдельный пластмассовый кружок, которым доукомплектовали неразошедшийся из-за затоваривания рынка бюджетный релиз — и за счет этого подняли цену с 60 рублей до 400.
Я восхищен.
