«И подкалывающий своих коллег своей идентичностью»

Очень крутая, глубокая и интересная статья о восточном дискурсе в текущей отечественной литературе, с анализом и упоминаниями «Заххока», «Поклонения волхвов», книг Алексея Иванова, Германа Садулаева и многих других — и богатым сопоставлением аж трех моих романов.

«То есть независимости никто особо не хотел, но, вкусив ее, уже от нее не откажется. Россия же, наоборот, не может воспринять новую ситуацию, остается в плену у имперских комплексов, жаждет восстановления, строит с тем или иным успехом СССР 2.0. (…) Дальше, под эпиграфы из Майка Науменко и Егора Летова, начинается настоящий боевик — американцев татары дурят и мочат. Казань — вот настоящий символ и гордость постколониальных исследований, огромный привет Эдварду Саиду, утверждавшему, что Запад сознательно если не тормозил развитие Востока, то таковым (неразвитым) его презентовал — оказывается центром всего. Нужен хитрый яд для устранения президента? Здесь в советские времена работал НИИ. Нужно побомбить Белый дом? В Казани как раз ремонтируют российские сверхзвуковые стратегические бомбардировщики-ракетоносцы ТУ-160 последней модели. Хакеры, бойцы, пиарщики — также имеются. (…) Посему к теме того, как те же жители Казани разбираются с «чужими», автор вернется в своей последней книге «Город Брежнев», очень объемном и сильном романе, о жанровой принадлежности которого критики спорят и иронизируют, попавшись на уловку определения «производственный роман», хотя многомерная книга в той же мере — история взросления (и Bildungsroman) в позднесоветские годы (тот же пионерлагерь, что и в «…Ударе»), хроника конца империи и многое еще чего.»

Эдак, глядишь, кто-нибудь и пасхалочку из «Rucciи» в «ГБ» обнаружит все-таки.
Радуюсь.

Беспримесный ресентимент и производство во имя детей

Пока никто не видит, сложу сюда последние тексты и упоминания в СМИ, напрямую не связанные с рецензиями на «Город Брежнев».

Сперва забавное. Вот так решишь про татарских фантастов почитать — а там про тебя, оказывается.
(уныло) Все-таки фантаст я, получается.

«Термоядерный сюжет, в котором отразились чаяния, стремления и страхи республики начала прошлого десятилетия — цены на нефть рухнули, между национальными республиками и федеральным центром разгорелся конфликт, Татарстан готовится к выходу из состава РФ, смутой решает воспользоваться коварное руководство НАТО. Особенности «Татарского удара» — лихо закрученный сюжет, достойный картины Федора Бондарчука (американская база в Марий Эл! Триумфальное возвращение Ту-160 и возрождение завода КАПО! Уничтожение Белого дома!), обилие военно-технических деталей и беспримесный ресентимент, в котором слышны отзвуки ярости, вызванной бомбардировкой Югославии. Все это складывается в бодрый и в меру экзотичный геополитический боевик, пропитанный характерными для начала 2000-х настроениями.»

Не менее внезапный отзыв:
««За старшего» (авт. название «Варшавский договор») резко отличается от остального творчества казанского журналиста. Эта книга возрождает уже почти забытую моду на высококачественные триллеры на национальном материале. Ничего интереснее за десятилетие со времен «Охоты на изюбря» Латыниной вплоть до 2009 года, когда была впервые издана эта книга Идиатуллина, кажется, в этом жанре не возникало.»
И следующие четыре года не возникало: книжка вышла в 2013 году. Ну и следует, видимо, отметить, что, пока я был казанским журналистом, книжек в моем яшмовом творчестве не значилось.
Фэнтези как есть.
(Но ранней Латыниной я фоннат, честно, так что польщен)

Почти одновременно литератор Идиатуллин попал в список скольки-то там самых заметных татар 2017 года:
«Нашлось место в нашем списке и литератору. Ныне московский журналист и писатель Шамиль Идиатуллин опубликовал роман «Город Брежнев» о жизни подростка в Набережных Челнах 1980-х. Книга была замечена ведущими российскими литературными премиями.»

Далее интервью народного поэта Татарстана Роберта Миннуллина:
«— Гүзәл Яхина, Шамил Идиатуллиннарны сез татар язучылары дип таныйсызмы?
— Иң беренче язучы үзен үзе аңларга тиеш — ул татар язучысымы әллә рус язучысымы? Мәсәлән, Олжас Сөләйманов русча язучы казах шагыйре. Ул минем өчен казах шагыйре, чөнки аның бөтен иҗаты, һәрбер юлы, һәрбер шигыре, һәрбер китабы казах рухы белән сугарылган. Ул аннан беркая да китми. Шулай ук Чыңгыз Айтматов та. Аңа төрлечә караш булырга мөмкин, кыргызлар аны кыргыз ди, ә руслар рус әдәбияты вәкиле дип берничә тапкыр яздылар. Шуңа күрә инде монда бик катлаулы әйбер. Мәсәлән, Рөстәм Кутуй бервакытта да татар язучысы була алмады, аның язганында да татар рухы юк. Яисә Диас Валиев.
— Гүзәл Яхинаны сез кем дип саныйсыз?
— Гүзәл Яхина, ул рус язучысы, әлбәттә.
— Санап киткән шушы исемлектә татар язучысы дип әйтерлекләр бармы, Шамил Идиатуллин мәсәлән?
— Дөресен генә әйткәндә, укыганым юк. Мин аны журналист буларак элегрәк белә идем, китабы кулга кергәне юк.»

Пересказ моего нечаянного диалога с другим Народным поэтом (в рамках Аксенов-феста и Литературного собрания в Казани):
«Отвечая на реплику Рената Хариса, Шамиль Идиатуллин сказал: «Татары, действительно, мало представлены в мировой литературе. Мы все знаем, как звучит “друг” и “здравствуйте” по-грузински, а по-татарски не то, чтобы “здравствуйте” и “до свидания”, а в программе “Куклы” Шаймиев говорил не с татарским акцентом, а с каким-то другим. Это не проблема того, что грузины очень ушлые и прочее, а проблема того, что мы не очень расторопные. Все сводится к тому, что несколько талантливых и гениальных грузин сделали несколько хороших вещей в литературе и кино, сумели завоевать сердца читателей и зрителей, обеспечили себе и своему народу присутствие в культурной ноосфере».»

Отчет «Татар-информа» с казанской презентации «ГБ» (в рамках Аксенов-феста):
«“Город Брежнев” китабына аерым тукталып, аңа иң якын торган укучыларның 1966 – 1975 елгылар икәнлеген искәртеп узды: “Бу минем буын, һәм без китапта язылган чорны яхшы беләбез. Башкалар өчен ниндидер аңлатмалар кертергә кирәк булачак”, — диде ул.
“Бу сәяси темага язылган яки производство романы түгел. Китап мәхәббәт турында”, — диде Шамил.
»


Фото из классной галереи «Татар-информа» с презентации

Интервью, данное тут же «АиФ»:
«Один из главных конфликтов в производственных городах 80-х годов и сегодня — то, что родители не видят своих детей. Они зарабатывают деньги, чтобы ребёнок мог одеться, купить 8-й айфон, чтобы выложил в соцсетях фотки не хуже, чем у других. Они за это честно бьются. А человек растёт сам по себе. Когда в «Городе Брежневе» отец впервые пытается поговорить с сыном, он понимает, что сын не хочет с ним разговаривать. Время упущено.»

Рассуждение на производственную тему для портала LiTerratura:
«Названный пробел, на мой взгляд, является серьёзным дефектом современной литературы, да и культурного освоения времени и пространства в целом. Причин тут, по-моему, три, и они взаимосвязаны. Первая – авторы боятся впасть в соцреализм или просто оказаться в одном ряду с производственными романами, которых на самом деле никто уже и не помнит – так, какие-то ошмётки про конфликт хорошего с прекрасным и почти лишённые смысла фразы типа «человек труда», «встречный план», «бригада Потапова» и «глухо бухает штамп». Вторая – сегодня нет ни соцзаказа, ни поля, на котором подобная проза могла бы массово расти: советские производственные драмы были плотью от плоти советского культурного колосса, скрученного из газет, телепрограмм и речей из радиоприёмника, а сегодняшний медийный колосс слеплен из совсем других субстанций. Третья – чтобы написать текст про завод, авиахаб, свиноферму или укладку дорог, нужно знать матчасть – а её мало кто из пишущих знает и совсем малая их часть готова изучать. Читателю такие книги нужны пока не слишком сильно – по названным причинам: старые переели, малым неинтересно. Диктатура пролетариата, индустриализация и НТР из повестки ушли, а новой повестки нет – если не считать таковой попытку зацепиться скрепами за какой-нибудь заграничный тренд, именно что постиндустриальный. При этом всякий читатель, старый и малый, смотрит не только в книгу и/или в один из множества экранов, но и работает, считает копейки, вообще ведёт активную непростую жизнь – и пусть неосознанно, но ждёт, что про эту вот жизнь литература ему и расскажет, а может, и объяснит чего. А она не рассказывает. Она стесняется или боится показаться узкотемной, старорежимной, неактуальной и отстающей от трендов, дискурсов и хайпа. Поэтому она рассказывает про моральные терзания столичных менеджеров, бизнесменов и суровых диверсантов либо отбегает в безопасные глуби истории. И так теряет читателей.»

И пара моих, оказывается, цитат из карельских отчетов о визите представителей премии «Книгуру».

Первая:
«Литература родилась и до сих пор существует только потому, что решает главную задачу выживания человечества. Она позволяет рассмотреть модели поведения в актуальных конфликтах и выйти из них живыми и невредимыми. Если кто-то из читателей, особенно подросткового возраста, которые не верят ни богу, ни черту, ни родителям, ни друзьям, ни учителям, никому, если подростки, у которых сносит голову от гормонов, приступов отчаяния и ненависти, попали в ситуацию, когда хочется сунуть пальцы в розетку, но они этого не делают благодаря книге, то литература выполнила огромную часть своей задачи.»

Вторая
«Для человека, который после десяти лет начинает сам определять, что он будет читать, а что нет, важно найти свою книгу – про себя, про свою семью, страну – книгу, которая ему что-то объяснит, чем-то поможет. Если он ее не найдет, он читать не будет. Статистика показывает, что в большинстве случаев так и происходит. Дети перестают читать не потому что они ленивые, не потому что у них много соблазнов, а, в том числе, потому что они не нашли нужную книгу вовремя. Конкурс «Книгуру» старается сделать так, чтобы такая книга ему попалась.»

Микрофотоотчет из Нска


Пеннивайз Сибирских Афин


Добро пожаловать под землю


Проспект пешего хода


Новосибирцы привычно танцуют под песню бывшего (ныне красноярского) губернатора


Презентация «ГБ» на новосибирском фестивале «Новая книга» (фото из официальной группы фестиваля)

Нетвиты 2017/30

Во имя справедливости и гармонии повар предварительно накормил рыбу кляром.

Ежик, too many (вариант: to money).


Четвертая повесть о Васе Куролесове


Вполне логичная подборка трофеев с ММКВЯ
(Из комментов к записи: «Ну, сопсна, «Чужой» по «Васе» и сделан. Подозрительный мешок, пес вместо свиньи, капитан Болдырев, все вот это»)


Тонко

На Брайтон-бич открылась многофункциональная чайная «Мать и tea».

Печеньки Прометея.

Коко Шанель, пошли домой.

Милая Мила в сени ходила, Зорьку доила, всю семью кормила, молоком поила, ноги на ночь мыла, все полковникам стелила, мир блатной совсем забыла, и перо за это получай.

Виноградного Семочку в теплую землю зарою.

Мы татарские, с нами бок (бараний или фрекен).

У нас секта .net.

От Батума чай котлами покипел, к Батуму — кофе казанами.

Поклонский огонь в Мединской чаше. Драма в нескольких актах.

Книга Вс. Овчинникова «Сакура? Иду, б».

И дорогая не узнает, зато дешевая прильнет.

Закон дура, и Старджон автор его.


Кадр оперативной съемки: английский шпион вымогает три миллиона у руководства российской нефтяной компании

Отныне первые строки песни «Революция» группы «ДДТ» будут исполняться в версии: «Два пальца вверх — это победа, два ляма, колбаска и суд».

Temujin, there’s no countries
It isn’t hard to do
Nothing to kill or die for
And no religion too
Temujin, all the people living life in peace, you

Вот надо было в седьмой примерно раз съездить в город Нск, чтобы не только обнаружить там двух давних своих читателей, но и с изумлением услышать от обоих, что впервые в мое яшмовое творчество они вляпались, прочитав отрывки из «Татарского удара» в газете «Совершенно секретно» — почти 13 лет назад, получается.
За эти 13 лет я об этой публикации не слышал ваще ни разу. И судорожно перебираю версии путаницы либо ложной памяти.


СОБР на выезде

ГБ и том II

В субботу я в Новосибирске: с 15:30 до 16:30 у меня и Сергея Солоуха автограф-сессия в «Плинии Старшем», в 17.30 — презентация «Города Брежнева» в Лектории №2 на площадке «Новая Книга.Life» (Первомайский сквер).
Совершенно не уверен, что там можно будет купить мои книжки, но постараюсь, чтобы было интересно.

Программа фестиваля «Новая книга. Том II» тут.

Нетвиты 2017/29

Российская продюсерская компания, купившая права на производство русской версии сериала «Винил», напряженно выбирает между вариантами названия «Оправдывал» и «ПВХ».


Пришел, построил, заселил, или Вот Он Добрый Какой, Дж.Мартин

Даю простуженной дочери стакан, в котором беснуется шипучая таблетка витамина С. Дочь уныло осведомляется:
— У меня похмелье?

(испуганно) Мой смартфон мечтает об электроовцах.

— Убедитесь, что за вами нет хвоста, — напомнил агентам дог.
— Очень смешно, — пробурчал бульдог.

— Рыба означает, что Лука Брази кормит рыб, — задумчиво повторил человек в кабинете, подумал и добавил: — А лучшая рыба — это колбаса. Или сарделька.


Facepalm™


Карельские голуби настолько суровы, что они утки


Тан-батыр(брод), или Солнце нерусской непоэзии

«Оборот увеличивается за счет цен, а в экземплярах драйвером остаются электронные книги»

1. Интересно:
«В деньгах рынок вырастет на 7%, до 75 млрд руб., в 2018 году — еще на 7–8%. К 2025 году издатели намерены удвоить объем рынка при сохранении действующих темпов роста. В натуральном выражении объем рынка в 2017 году достигнет 300 млн экземпляров против 299 млн годом ранее. (…) Таким образом, в денежном выражении оборот увеличивается за счет цен, а в экземплярах драйвером остаются электронные книги. Сейчас на них приходится около 3% рынка, в перспективе они займут 15%, прогнозирует господин Новиков.»

2. Ваще интересно:
«В 2016 году в России впервые число наименований книг, выпущенных с помощью Ridero, оказалось больше, чем у каждого из лидеров традиционной издательской индустрии. Сегмент растет в первую очередь за счет низкой цены входа, поясняют в Ridero.»

3. Укатайка:
«Быстрее рынка растут «Лабиринт» и Ozon.ru, продажи книг у которых в 2017 году увеличатся на 28% и 36% соответственно. Господин Новиков объясняет такую динамику активной работой по продвижению книг, удобством покупки, ценовыми акциями, а также уходом с рынка других игроков — Kniga.ru и Read.ru, домены которых купил «Эксмо-АСТ». У этой издательской группы рост интернет-канала в 2017 году составит 23%.»

«Коммерсантъ»

Эта доля наиболее высока в жанрах фантастики и фэнтези

Пока тру-любители фантастики пальцевались на тему частичной лакировки обложек и преимущества белоснежной бумаги перед кремовой, объект их внимания переехал в цифровые форматы:
«При этом продажи новинок в электронном виде уже достигают 30–50% от тиражей бумажных книг, эта доля наиболее высока в жанрах фантастики и фэнтези.»

А вообще круто и интересно: объем электронных книг за полгода — почти 4 ярда, выручка Литреса — ярд, народ читает три книжки в месяц, в основном с айфонов и айпэдов, андроиды подтягиваются, читалки готовятся вымирать.

«Коммерсантъ»

Дальше есть вопросы

Газета «Бизнес-онлайн» спросила: «Знаменитый писатель и публицист Гаяз Исхаки писал в начале XX века, что татарский народ исчезнет через 200 лет. А вы как думаете, могут ли нации противостоять глобализации? Созданы ли в России и Татарстане условия для развития национальных культур и языка? А у вас есть совет: как нам сохранить татар?»
Я ответил:
«XXI век татары, безусловно, переживут, дальше есть вопросы.
Нации, как и отдельные люди, должны не противостоять глобализации, а, учитывая ее недостатки, пользоваться ее преимуществами для того, чтобы делать свое существование более удобным, качественным и интересным. У глобализации преимуществ, к счастью, полно. Надо пользоваться.
Представителем конкретной национальности человека делает язык и самосознание, в ряде случаев (в нашем, например) еще и вероисповедание. В принципе, для самоидентификации достаточно и одного из перечисленных факторов – миллионы человек, не знающих гэльского языка, иврита или идиша, не исповедующих католицизм либо иудаизм и носящих имена соседних народов, считают себя ирландцами либо евреями — сугубо по принципу кровного родства, который на серьезной исторической дистанции к значимым факторам отнести тяжело.
Я как татарин-хаджи, пишущий на русском, без труда (хоть и с печалью) могу представить себе существование нескольких миллионов человек, которые ни языком, ни привычками, ни диетическими и культурными пристрастиями не отличаются от живущих по соседству русских, китайцев или американцев, но считают себя татарами лишь потому, что считают себя татарами (ну и раз в год устраивают Сабантуй).
Дальше мы переходим к самому важному – условиям. Они есть, они не идеальные и постоянно подвергаются недоброжелательной ревизии, но их достаточно. Условия для развития национальной культуры есть всегда – татары как нация вполне себе выживали и даже немножко развивались в самые лютые времена. Это вопрос не объектности, а субъектности: никто не даст нам избавления и не сделает татарскость удобной и престижной — кроме нас самих. И здесь нет фактора сильнее культуры и науки – современной и актуальной. К которым в конечном счете и сводится смысл названных факторов – языка, самосознания и вероисповедания.
Самым безотказным носителем языка и культуры является штык, в современных условиях союз булата и злата – политика, в общем. Но политика меняется, злато кончается, булат ржавеет, и греческий, латынь, арабский и тюрки перестают исполнять роль Lingua franca на огромных территориях, на которые пришли, казалось, навсегда. – если, конечно, не остается других резонов для их существования.
Сотни миллионов людей учат английский не только для того, чтобы общаться либо побыстрее узнавать волю мирового обкома, но и для того, чтобы просто понимать, что там бормочет любимая певица, или смотреть новую серию «Игры престолов», не дожидаясь перевода. Сотни тысяч подростков учат японский, чтобы поскорее припасть к колоссальной кладовой манга и анимэ. Тысячи людей во всем мире учат шведский, чтобы поскорее прочитать новый скандинавский детектив. Негры преклонных годов, вопреки Маяковскому, русский если и учат, то не ради Ленина, не ради Пушкина с Булгаковым и не ради сериала «Обручальное кольцо» и передачи «Дом-2». И татарский, к сожалению, никто не будет специально учить ради Тукая, Салавата, «Шаян-шоу» и сериала про 60-е годы. Лично я взялся подтягивать свои обрывочные знания, чтобы читать этнографические и фольклорные материалы. Читать Тукая мне до сих пор тяжело, но я продолжаю стараться, понимая, что торопиться тут некуда: Тукай вечен. А вот ради мощного триллера, анимэ или даже баттла (если бы он был мне интересен), существующих исключительно на татарском, я бы постарался и поторопился. Как и многие, наверное.
И сегодня появились наконец серьезные основания, позволяющие ждать этого вот чего-то-нового-эксклюзивного-завлекательного-татарского. За последние десятилетия выросла сильная городская татарская культура с вполне остроумными, талантливыми и креативными представителями. Они разговоривают по-татарски, думают по-татарски и творят по-татарски – при том, что блестяще знают русский и английский, а иногда и арабский с фарси. Уже сегодня они заставляют меня временами застывать от восторга, бросать все и лезть в словари, — чтобы застыть от совсем буйного восторга. В деле спасения татарского языка и татар как нормальной нации я надеюсь в основном на них. Ну и немножко на себя, конечно.
У татар великое прошлое. Я верю, что мы сможем построить великое будущее. Булдырачакбыз.»

Полная подборка ответов тут.

Нетвиты 2017/28

Не сразу и поймешь, что хуже: «забанили в Гугле» или «загуглили в бане».

А при феминизме все будет по любви.

Цифровая драма «Разлоченное семейство».

Анна Ахматова, папа — Андрей Горенко.

Bad няшка ты моя.

Днепр — чудила, ясен день.

Дочь (уставившись в экранчик):
— О, мне подарок сделали, топор.
Мать:
— Тебе даже игра намекает, что пора Достоевского дочитать.

Я буду прославлять всем существом поэта, засел за словари на совесть и на страх.

Keep calm and calm your keep.

Язык родных — Осин.

Эксклюзивная модель для ФСИН — телефон Vertu High.

Умение воспринимать все как есть нарабатывается годами, умение воспринимать все как пить приходит быстро и навсегда.

«Совсем старик сдал», — шептали соседи, любуясь очищенным от бутылок балконом.

Его перу принадлежат известные произведения, из-за прав на которые автор до сих пор судится с пером.

(К отъезду арабской семьи из космической часовни)
Свет лампад погас, воздух вылился, Али жить у вас разучилися.

В русском космогоническом мифе Японию создал хозяин пони, страдающий раздвоением личности.

«Теперь прыжок выполняет мужской член сборной команды США», — любезно предупреждает комментатор «Матч-ТВ».

Она здорово возмужала, а он совсем заматерел.

Только что выяснилось, что сыновьи очки для плавания последний месяц постоянно обнаруживаются на кухне не в связи с рассеянностью наследника, а потому, что сынишко в этих очках режет лук.
Аккуратно повесили очки на кухонный стул, осмысляем, в ближайшее время от остальных вопросов (любых) воздержимся.

К теленовостям:

No More Life on TV

Если бы бой продлился положенное число раундов, то сбил бы программу как минимум Первого канала. Видать, без десяти восемь мск Мейвезеру позвонил Эрнст и попросил заканчивать, а то «Ералаш» показать не успеют.

Далее несколько фото из Казани — Аксенов-фест и окрестности. Continue reading →