Поклонники синематографического сегмента журнала/сайта «Афиша» смакуют последние ногти в связи с молчанием любимых ягнят (если кто не в курсе — киноблог около недели вместо актуальных комментариев выдавал дебиловатые кадрики из X-files, потом вовсе заглох). А тем временем оброненное штатными кинокритиками знамя подхватил народ в лице бесплатных, хочется надеяться, пропагандисток х/ф «Край»: http://www.afisha.ru/movie/199042/review/343627/#comments
Чудесное на самом деле полотно выткалось — и жизнеутверждающее. Ржать, конечно, начинаешь уже на втором абзаце текста, потом на втором-третьем комменте, потом на первом вменяемом комменте (парнишка какой-то забрел и, не разобравшись, выбился из пенящейся восторгом струи).
Но ведь это, похоже, тот самый народный маркетинг, PR 2.0 и сарафан на весь экран, о неизбежности которого так надсадно твердили большие люди.
Нам копец.
Край, то есть.
Category Archives: Блог
Выходные высокой культуры быта
В выходные разбирал балкон (который после ремонта приобрел удивительно собранный вид), тешил старые болячки, читал и смотрел. Отчитываюсь.
«Виктор Конецкий: Ненаписанная автобиография».
Небезупречно сформованная, но довольно любопытная подборка писем, заметок и интервью разных лет. Отдельных жемчужин две — остроумнейшая переписка с киноведом Галиной Долматовской и сценарий «Через звезды к терниям» (по мотивам знаменитого рассказа о психологической несовместимости и матросском коварстве). Ну и роскошные тезисы из дневников отчаянно юного офицера Конецкого, который горько сетует, что Паустовский так и не ответил на письмо с переживаниями «отчего же в литературу лезут люди, не столь беззаветно преданные марксизму-ленинизму, как Вы, дорогой Константин Георгиевич».
На любителя, короче — но я как раз любитель.
Артур Кларк «Лунная пыль».
В нужное время я прохлопал почти всего Кларка, начиная с «Одиссей». Отдельные рассказы и журнальные куски «Фонтанов рая» не взволновали. Между тем (сейчас Америку вместе с Цейлоном открою), Кларк — автор исключительный, а повесть про спасение утонувшего в пыльном море лунохода является образцом умной и очень сбалансированной фантастики (сверх этого она пугающе напоминает о «Курске», но вспоминать не хочется — особенно учитывая, как по-разному завершились истории).
Еще я посмотрел три киношки — «Солт» Нойса, «Мачете» Родригеса и «Призрак» Полянского. Крайне доволен, ибо мудро готовился к худшему — а в итоге набрал кучу позитивных эмоций.
«Солт», конечно, бред увядшей брюквы — зато Джоли дивно хороша (но еще полкило — и доиграется). Зато-2: мне стало понятно, наконец, на фига политическое руководство США летом устроило шпионский мегаскандал с разоблачением ничего не успевших российских нелегалов и спаливанием крота в СВР, которому мы явно и обязаны разоблачением. Все очень просто: политическое руководство США посмотрело «Солт» — судя по срокам, еще недомонтированную версию, а судя по панической быстроте реакции — версию без хэппи-энда. Посмотрело, значить, и решило от греха схлопнуть весь этот грубозабойщиков СМЕРШ на ранней стадии, пока засланцы КГБ не начали президентов пачками отстреливать. Тоже дело, чо.
«Мачете» — удивительно честное исполнение обещания. Это и впрямь тот самый трейлер к «Грайндхаусу», раздутый в сто раз и наполненный леденцами, жувачками, Сигалами с де Нирами, голым профилем Джессики Альбы, скоростным спуском по кишкам противника и прочими взаправдашними пистонами. Мечта любого нормального пацана, не обремененного эпилепсией.
А «Призрак» доказал мне, наконец, что Полянский коли не великий, так очень толковый мастер, умеющий внятно рассказывать несколько старомодные, но увлекательные истории. Припадание к раннему творчеству классика меня в этом не убеждало — зато заставляло страдать в связи с тем, какой я дурак, что ничего не понимаю. Страдания облагораживают — так не быть мне более благородным.
Отчет окончен.
ДТПец
Я рассказывал о своей знакомой, лихо компенсирующей завидный и трудоголический профессионализм карикатурностью быта и личной жизни. На самом деле можно было после любой беседы отчет составлять. Например, про автомастерство.
Девушка получил права, купила бюджетную иномарку, в совершенстве ее освоила, объясняя всем желающим и даже уклонистам типа меня: «А я, между прочим, очень хорошо вожу машину. Знаешь, почему? Потому что, когда вижу лужу или камень, сразу их объезжаю». В течение года зацепила дверью ворота, задом въехала в соседскую припаркованную машину, раздолбала нос, затем (это все разные случаи) расколотила до невосстановимого состояния и продала.
Всего не расскажешь, да и страшно — увидит-приедет-убьет. Но сейчас сдержаться не могу.
Оказывается, очень хорошие водители способны безо всякой машины отыскать себе ДТП по вкусу и, главное, выйти из него сравнительно живыми.
Вчера знакомая под моим нечутким руководством доделала большой серьезный проект (неделю на него убила). Сегодня в ответ на мои комплименты отчитывается:
— Я после вчерашней сдачи вся в зеленке. Выходила из такси, не заметила лежачий полицейский. И со всей дури — об асфальт.
Темный-претемный мир
Новая книжка, коммерческая, название нормальное такое: «Темный мир».
Аннотация тоже вполне: «Группа студентов Университета отправляется в фольклорную экспедицию и находит древний магический щит озерных ведьм. Случайно ребята пробуждают сверхъестественные силы, которые врываются в прошлое героев, заставляя их выбрать сторону Добра или Зла. Все рушится, и гибель неизбежна… И только один человек может спасти мир…»
И примечание какое надо: «По мотивам литературного сценария полнометражного художественного фильма «Темный мир (К западу от солнца)».
А теперь авторы. Ирина Андронати и Андрей Лазарчук.
Ой, жара-жара.
Понятно, что новеллизации кормят профессиональных литераторов, и кто честной ремеслухи стыдится и все прочее, да и ремеслуха может быть вполне почтенной — тот же Лазарчук доказал.
Но все-таки рай там, где трава. А где и когда она, как, впрочем, и средневековые персы — теперь уже фиг знат.
«Преступления прошлого»
Кейт Аткинсон
Жарким летом 1974 года девочка из бестолковой многодетной семьи просыпается в разбитой посреди сада палатке одна, хотя засыпала вместе с младшей сестрой. Пять лет спустя слишком рано вышедшая замуж, слишком рано родившая и слишком рано вывезенная на стылую ферму горожанка тупо переводит взгляд с забрызганного кровью орущего ребенка на расколотый череп мужа и топор в своих руках. Еще через десяток лет дочь добродушного толстяка выходит на простенькую работу в адвокатскую контору отца и в первый же день налетает горлом на нож залетного маньяка. А в 2004 году отставной инспектор, до тихой истерики задолбанный неудачной детективной практикой, безденежьем, дурацкой слежкой за изменщицами, ехидной секретаршей и женой, удравшей к богатому подлецу, влетает в кучу странных заданий. Надо расследовать, куда 30 лет назад делся ребенок из палатки, найти дочку осужденной головорезки, вычислить маньяка из адвокатской фирмы – а заодно не позволить бывшей жене, остервеневшей от свежего семейного счастья, утащить дочку в Новую Зеландию.
Четыре дочки возле танка, и каждый заказчик – отдельная страничка юмористического журнала, а сыщик не уступает.
Пугающая фабула, дурацкая обложка, никакущее название (при классном оригинале – Case History), блестящий текст в отличном переводе (в начале была пара персонально ненавидимых мною блох типа «в никуда» — но забудем).
Не буду клясться, что это лучшая книга из читанных мною за последние десять лет – но одна из лучших точно. Хотя казалось бы.
Дело даже не в слоге – хотя слог роскошный, а горькая ирония напоминает об Ивлине Во. Но Во был такой отчаявшийся умник, искоса наблюдавший за гниением общественной плоти. А Аткинсон вместе с героями барахтается в нелепых, смешных и пованивающих замужествах, бобыльстве, жарких улицах, глупых перверсиях, скисших девичьих грезах и перебродивших юношеских терзаниях, околокембриджской суете и постиндустриальном запустении, то и дело обнаруживая, что из перегноя как раз самый цвет прет. Запомни, детка, что сделала Тэтчер с твоей родиной, скажет папка дочке незадолго до организованного рекордно нелепым гадом отрубона, а очнувшись, будет умолять кровиночку, три дня опекавшуюся русскими, тэ-скэть, бизнесменами, не говорить при маме на чужих языках, а соплюшка ему с московским акцентом: «Дасвиданья!»
Ну и работа с сюжетом, конечно, образцовая – с одной стороны, куча линий и персонажей, совершенно оригинальных и совсем не назойливых, с другой – детективная составляющая на диво реалистична и ненатуралистична (по жизни у загадочных преступлений именно такие разгадки, без плаща, кинжала и диаволического умысла), с третьей – скелеты из шкафов и прочих мест выпадают с чисто британской обязательностью и элегантностью.
Мертвые не оживут, увы, зато живые получат по заслугам и мечтам.
И это счастье.
И еще счастье – что у книжки аж три продолжения.
Жду с трепетом.
Видеозагадка
Обнаружил на обложке убийственно лицензионного диска аннотацию, которой не могу не поделиться (подло затру имена, ибо и без них все очевидно):
«Однажды ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ решил урвать куш из-под носа самого ВТОРОГО ГЕРОЯ. Хотя в ГОРОДЕ были способы и попроще покинуть этот мир. Разгневанный ВТОРОЙ ГЕРОЙ не заставил долго ждать: два штатных головореза: ТРЕТИЙ ГЕРОЙ и ЧЕТВЕРТЫЙ ГЕРОЙ занялись судьбой наглеца. У этих парней обычно полно работы, но они все и всегда доводят до конца. И ПЕРВЫЙ ГЕРОЙ был решенным вопросом. Только сам он пока так не считал!..»
Вы ведь сразу угадали, о чем речь?
«Убийца внутри меня»
Джим Томпсон
Помощник шерифа в техасском городке пользуется всеобщей любовью, доверием и сочувствием — потому что молоденький, симпатичный, добрый, глуповатый и со всеми пытается по-человечески, даже с алкашами и бродягами. Да еще сын уважаемого врача и невинный брат неприятного умника, напавшего на маленькую девочку, отсидевшего свое и нелепо погибшего. А молодому симпатяге, соображающему быстрее еще не изобретенных ЭВМ и читающему медицинские журналы на десяти языках, все труднее притворяться глупым добряком. Еще труднее удерживать желание отомстить. Местному воротиле за брата, взявшего на себя чужую вину, подружкам — за легкомыслие, а всему миру — за то, что с детства, с той самой девочки, будущий помощник шерифа никого не убивал.
Джим Томпсон считается классиком нуара, а изданный в 1952 году «Убийца внутри меня» — вершиной жанра. Правда, вершина оказалась заметной не сразу. Отчасти из-за беспрецедентной жесткости и жесткости сюжета, отчасти из-за репутации самого автора, убежденного левака и коммуниста, преследовавшегося маккартистами. Изданная в мягкой обложке книжка долгое время считалась стандартным палпом, потом Томпсон стал сценаристом Кубрика (назвавшего «Убийцу внутри меня» самой леденящей криминальной историей от первого лица), потом Берт Кеннеди сделал экранизацию со Стейси Кичем — и роман стал культовым у режиссеров и рокеров вроде Брюса Спрингстина. Массовым переизданием этого года (и российскому переводу тоже) книга тоже обязана экранизации с младшим Аффлеком в главной роли. Экранизация нашумела: половина критиков оживленно обсуждала состояние мозгов режиссера Уинтерботтома, плавно перешедшего от музыкального порно к садослэшерам, другая половина пыталась понять, что именно их шокировало: вдумчивый показ того, как женское лицо превращается в кровавую кашу, или то обстоятельство, что лицо принадлежит симпатичнейшей Джессике Альбе.
Вне зависимости от экранизаций следует признать, что роман силен, крепко сколочен и исторически бесценен. Поскольку, помимо прочего, разнообразно отражает эпоху послевоенного нуворишства и бродяжничества, вульгарного фрейдизма и азартной охоты на ведьм, а также загоняемого поглубже нервного напряжения, которая позднее вылилась в довольно разнообразные актуальности вроде массовой социопатии, серийных убийств, маршей мира и рок-н-ролла.
Другое дело, что триллер Томпсона слишком похож на другие триллеры и детективы. Не Чандлера с Кейном, на которых Томпсон оглянулся да пошел себе дальше, а на бесчисленных Чейзов, активно дравших у классика идеи, героев, сюжеты и диалоги. Но это уж не автор, конечно, виноват.
Короче, перечитывать «Убийцу внутри меня» будут немногие, но читать надо.
Музыкальная отгадка
Совершенно верно: именно так
Музыкальная загадка
Продолжите фразу:
«Там не надо будет каждый день воевать и предавать отца и сына, чтобы выжить самому, там, наверное, вообще не будет КГБ».
(Комменты запоздало укрою).
Луч света в темной Зоне
«В “Пикнике” очень любопытным образом появляется на полях сюжета фигура советского ученого Кирилла Панова, который вскоре погибает после похода в Зону, но остается в сознании Рэда как “луч света”, как смутный идеал бескорыстия, преданности науке (а не “счету текущему”) и попросту человечности. Конечно, фигура эта дана очень пунктирно, чуть ли не апофатически, Кирилл (“святой человек”, как называет его Рэд) произносит в повести не больше десятка фраз. Тем не менее Стругацким удается этими скупыми средствами создать удивительно привлекательный образ, напоминающий об обаянии — хоть и гораздо более “явленном” — князя Мышкина.»
http://magazines.russ.ru/novyi_mi/2010/9/am12.html
Журнал «Новый мир» опубликовал статью израильского литературоведа на тему «Достоевский в мирах братьев Стругацких». При всей любви к Стругацким, всем уважении к «Новому миру» и всем трепете пред Достоевским вынужден признать: муть полная, неумелая и безнадежная.
Мне нравится, конечно, древняя байка про то, как Пелевин на спор рассказал на экзамене про творчество Гайдара, хотя в билете были «Отцы и дети». Но байка хотя бы забавна. А тут школярство какое-то, и Экзюпери кодой.
Похоже, пора вводить мораторий на поездки по творчеству Стругацких. Какой-то фильм Бондарчука в бесчисленных частях получается.
Иэх.

