Сперва хотел выписать лишь гениальное «Я тоже в той или иной мере татарка», но там, елы-палы, цельная миска повышенной перловости, нельзя не сохранить.
В общем, армия Татьян с татарскими фамилиями, которые ненавидят/презирают «Убыра» вместе с евоным автором и породившим этого автора народом, располагает вдвое большим, чем я предполагал, личным составом. Мобилизацию туда объявила прелестница-критикесса, начинающая посты фразой «Мои друзья, русские националисты». Она который год возмущенно сообщает: «В книге подчеркнуто, что православный крест от убыра не помогает – только старинные татарские молитвы и традиции! – все русские знакомые мальчика оказались подвержены действию злых чар и нередко служат их проводниками», при этом «герой-татарин побеждает или убивает русских».
Вчера в чужих каментах случилось явление еще одной Татьяны, которую хочется цитировать и цитировать. Начали:
«Конечно, неловко говорить об этом, но неужели мне одной очевидно, что «Убыр» — это почти дословный пересказ «Унесенных призраками»? В чем достоинства этого произведения, так и не поняла. Соответственно, не понимаю, что именно хвалят уважаемые критики…»
Хозяйка журнала, в котором случилась дискуссия, здесь и далее пыталась указать на вздорность теории (надо иметь в виду, что хозяйка не относится к поклонникам тов. Измайлова, какового в свое время сдержанно топтала за неумение бояться собственных страшилок и чересчур буквальное следование заветам тов. Проппа). Ан тщетно:
«Да вы почитайте! 🙂 Там на каждой странице прямые аллюзии. И если ты уважаешь себя как писателя, это как минимум надо предвидеть и предотвратить. Поскольку Миядзаки куда более известный автор, а значит, некто, использующий после него тот же миф и те же образы, будет неизбежно выглядеть плагиатором.»
Тут уж не выдержал старик Идиатуллин:
«(сынтиресом) А как максимум?»
«Как максимум придумать что-то свое :)» — отрезала разоблачительница, и старик поспешно отскочил, чтобы наслаждаться видом с высоты.
Хозяйка журнала предположила: «Мне кажется, тут что-то личное. Иначе трудно понять суть претензии».
И повалила мякотка:
«Пожалуй, вы правы. Я тоже в той или иной мере татарка, и с большим интересом взялась почитать нового автора-соплеменника, работающего в интересном жанре… и ох! Кто тут кого дурит? …
Но, кстати, если уж о татарах говорить, то есть ведь и реально яркий и сильный автор — Гузель Яхина. Может, татарам просто фантастику не надо писать — воображения не хватает?
«Мне вообще искренне кажется, что вторичность — страшная беда нынешнего искусства (в том числе и литературы). Это то, чего должен опасаться любой автор. Да, написана уйма всего, оригинальным быть очень непросто, но если ты позиционируешь себя как писатель, а не автор фанфиков — то уж постарайся. И ведь есть же такие писатели, вы постоянно о них пишете (я читаю вашу рубрику и стараюсь следить). А тут, увы, все вторично… Но я искренне желаю Шамилю это перерасти. Может, и уже :)»
Ну и ожидаемая кода (ответом на неизбежное поминание тов. Борхеса с его узким сводом сюжетов):
«Великий слепец мог позволить себе экстравагантные утверждения — ведь никто в мире не был так оригинален и неповторим в сюжетах, как он! Если бы я набралась терпения перечитать тоскливый текст Убыра заново, то постранично расписала бы вам, что откуда сперто. Тем более что там такое динамичное начало — и вдруг начинает выпирать вторичность.»
В общем, как правильно отметили тт. Коростылев и Лифшиц, «Представь себе, не может быть, сама несет обед».
С трепетом ждем продолжения банкета.
