Типичный Вуди-Аллен-лайт: без фирменной отвязности, но все равно бойко, миленько и с бесконечными нью-йоркско-еврейскими шуточками. Примечателен фильм не этим, а все более тяжеловесной грацией старика Йохансона (еще лет пять такого аппетита – и наступит полный Кустодиев), а также тем, что является роскошными примером оптовости голливудского мышления. Если уж попала главным синематографистам какая стоящая идея в голову, то будет она реализована не раз, а два-три подряд, пока не вытопчется до щебня. И совершенно неважно, чего эта идея касается: астероидов, водных маневров или престидижитации.
«Сенсация» вышла почти одновременно с еще двумя фильмами про фокусников: «Иллюзионистом» и «Престижем». Характерно, что в «Престиже» сыграли тот же старик Йохансон и тот же Росомаха Джекмен, что и в «Сенсации».
Как говаривал герой Крапивина, глядючи на рассекаемую пальцем врага батарею центрального отопления, я с детства клоунов люблю, а фокусников как-то не очень. А Вуди Ален до сих пор все-таки клоуном был. Остается надеяться, что его следующий фильм, про мечту Кассандры, не столь взвешенно будет следовать какому-нибудь свежему и более крупнобюджетному голливудскому канону. Серьезный подход мастера к античности будет смертельным и для античности, и для публики.

Кино смотреть не хотелось совершенно – из-за гнусного дизайна обложки, необоснованной неприязни к унылому лицу актера Оуэна, а также раздражения, которое с детства вызывает у меня сочетание «Дитя человеческое» (раздражение связано с почти одноименным трудом великого скандинавского писателя Андресена-Нексе, на который я натыкался всякий раз, когда прошаривал библиотеку в поисках чего немедленно почитать).
Фильм оказался без малого великим. Именно такой фантастики мне всегда и не хватало в кино – спокойной, жесткой и беспощадной. Чтобы все текло вполне случайно, цепляясь неровными гранями друг за друга – но при этом со свирепой предопределенностью, чтобы тивишный реализм окунал с головой – при этом не выглядел дешевым.
Куарон все-таки очень высококлассный режиссер.
Сюжет простой и пробирающий: люди перестали рожать, человечество доживает, причем делает это в своем стиле, суетно и грубо: военные диктатуры, зачистки мигрантов, бессмысленные подпольщики и беспредел, связанный с тем, что цепляться на этом свете не за что. Вся планета рыдает над новостью о случайно зарезанном 20-летнем латиносе, который был самым молодым человеком планеты. И тут главному герою, среднестатистическому унылому клерку (мой поклон Оуэну), средь бела дня и посреди батюшки-Лондона надевают на голову мешок, утаскивают на явку подпольщиков и требуют помочь вывозу молодой черной толстухи. Только она не толстуха, оказывается, а беременная.
От библейской постановки вопроса невозможно было ждать небиблейской концовки. Если коротко: умерли все, кроме надежды.
Весьма правильный фильм.

Сперва-то Брайан де Пальма, похоже, намеревался сделать нормальный ретро-фильм типа L.A. Confidential – ухватил того же Элроя, взял в работу вполне типовой нуар-сценарий, подобрал актеров модных, гримеров нашел, способных расчлененку изобразить. А потом подумал: а какого, собственно? Я классик или кто? И снял точно такое же кино, какое снимал четвреть века назад.
Получился двойной повтор – «Черная орхидея» без буржуазной стыдливости дерет ходы депальмовских каких-нибудь Dressed to Kill, которые, в свою очередь, были смущенно содраны с Хичкока. Размах невинной наглости и младенческой нелепости нормального зрителя ошеломляет. Просто тупо пялишься в экран и думаешь: Аллах милостивый и милосердный, что это такое, и почему я это смотрю?
В итоге марксисткая философия вышла на новый уровень: она доказала, что кино, в отличие от истории, повторяется не однажды, а дважды: сперва, как положено, случается трагедия, потом фарс, а потом «Черная орхидея».
Мне очень жаль.

Я не собирался смотреть «Кинг-Конга». Что я, маленький, что ли. Приключенческие фильмы я терпеть не могу, версию «Конга» 80-х я видел и совершенно не проникся, мне вообще ни один фильм про несчастных верзил(л) не понравился. Стоны критики по поводу качества фильмы также не слишком убеждали – эти шалуны от чего только не стонут. Не вставляла и репутация Джексона – да, кино про кольца эпохальное, а про синеньких привидений забавное – но лично меня не накрывающее. Уважать себя Джексон заставил – но не любить. Рассказ режиссера о том, что он в кино-то и пошел лишь для того, чтобы сделать нормальную экранизацию «Кинг-Конга», как максимум забавлял – не зря, типа, дяденька из коротеньких штанишек не вылазит. Лелеет мальчка в себе, того самого, поглощающего новозеландский попкорн в темном зале.
Так вот, товарищи: «Кинг-Конг» Джексона – это идельное кино, шедевр, легко выколупнувший мальчика даже из меня, который ненавидит попкорн, а в кино до 10 класса ходил дважды в год, а последние 15 лет – просто ни разу. Самое большое кинопотрясение у меня, если не путаю, случилось от фильма «Вожди Атлантиды», за билет на который я выстоял часовую очередь в кинотеатр «Батыр». Там, короче, были несколько чуваков, ухнувших в доистрические страсти, прыгающие в лицо динозаврики, ногастые блондинки и ящики с винчестерами, раздаваемыми в самый-самый последний миг.
Так вот, «Кинг-Конг» убрал все эти винчестеры, динозавриков и блондинок и накрыл меня будто Кандида, угодившего из сельвы да к плазменному телеку. Такой выверенной, выволоченной на клыках гармонии я не видел: нет времени отвлекаться на актерские изыски, могучие спецэффекты, печальные глазки мегагориллы-убийцы и айкидо с участием динозавров либо аэропланов. Просто на десятой где-нибудь минуте мирно разворачивающейся картины подкрадывается к тебе товарищ Питер Джексон с дубьем собственного роста, херакает в мозжечок – и три часа спустя ты подбираешь слюну и соображаешь, чего это мы все здесь делаем, коли кино уже кончилось.
Джексон колдун и должен быть наказан.
Только пусть сперва еще десяток фильмов снимет.