«Жизнь моя, иль ты приснилась мне…»

Владимир Богомолов

Свой главный роман Богомолов писал долго, написал много – больше 400 страниц книжного издания (даже если не считать часть «В кригере», сформованную в отдельную повесть), но это в лучшем случае пятая часть задуманного – судя по пунктирности повествования, многочисленным повторам и загроможденности текста. Впрочем, явно подлежавшая вычистке загроможденность (описаниями и, конечно, документами, собранными и додуманными с привычным мастерством) не мешает очень легкому слогу и внятности изложения – я давно так быстро не читал. А повторы, вернее, рефрены, главным из которых является «За что?», являются вполне осознанным и почти структурообразующим приемом.
Текст производит довольно странное впечатление. Льва видно по когтям, но автору уже неинтересны когти, которыми на гранит вечности были нанесены «Иван» и «Момент истины». «Жизнь моя…» наследует больше «Зосе» (хоть нарочито грубей и желчней). С этим связана лично моя проблема восприятия текста.
Богомолов – это мастер психологии действия, причем и действие, и психология уникальны, а рассказчик конгениален герою, потому что явно умеет и качать маятник вразножку, и уверенно высчитывать в своем собеседнике одного из трех тысяч нелично знакомых диверсантов (не только по выпуклости противокозелка, но и по манере вести дискуссию) – и, соответственно, определять, что выгоднее не только тактически, но и стратегически (для общей победы) – валить собеседника на месте или дробить ему коленные суставы.
Что умеют герой и автор «Жизни моей…», не совсем понятно, потому что им обоим интересна только психология рефлексии, а действие побоку. В течение почти всего текста автор предпочитает показывать героя – настоящего героя, старлея Федотова, пацаном ушедшего на войну и «тянувшего Отечку» три года, издырявленного, невинного, многоопытного, наивного фронтового разведчика и доверчивого щенка – в момент подготовки к чему-то главному (сражению, операции, учениям, зимовке) или в пост-режиме, когда все уже кончилось. Действие в лучшем случае упоминается (вроде «я тоже получил пулю в предплечье и провалялся в госпитале два месяца»). Чрезмерно подробно прописаны только бытовая и лирическая линии – именно что с повторами и многопудовыми отвлечениями. В результате читатель верит, конечно, но не видит, почему герой не сопляк-ванька-взводный, а опытный и умелый ротный командир, которого никак нельзя унижать и ставить на четыре кости.
Между тем, вся книга посвящена тому, как умелых ротных командиров и комполка, лейтенантов и генералов, пацанов и стариков ставят на четыре кости и унижают – не всегда умело, но всегда грубо и расчетливо. Унижают другие лейтенанты и генералы, штабисты, особисты, кадровики, очаровательные девушки и измученные лахудры – все. «Только так бесполезно, так зло и ненужно опустили их» – просто потому, что так работает система.
Досадно, что как раз про это и без Богомолова написано множество книг.
И про страдания юного лейтенанта по теплому женскому тоже написано множество книг – в том числе и Богомоловым, причем сильно тоньше, лаконичней и вернее (см. ту же «Зосю» и главки «Момента истины» про замкоменданта Аникушина).
Только ближе к финалу опубликованных фрагментов я остро пожалел, что «Жизнь моя…» осталась недописанной. Потому что чукотская, самая бессмысленная и беспощадная, часть жизни старлея Федотова все-таки впечатления дежавю не производит – не помню я литературно обоснованных аналогов. Потому что очень сильно изложена история подготовки и проведения учений, в рамках которых изможденные холодом, болезнями и подножным сбором угля солдатики должны продемонстрировать лихое отражение американского наступления с Аляски. Потому что совсем убойное, неожиданное и издевательски точное у этой истории завершение – а сцена с лайками меня просто накрыла.
«Жизнь моя, иль ты приснилась мне…» могла стать великим романом о судьбе, смысле жизни и справедливости. Этого романа не будет никогда. Мне очень жаль.

17 thoughts on “«Жизнь моя, иль ты приснилась мне…»

      • Re: со вздохом

        угу. с уточнением, что читал лишь кусками в журнале и до финала так и не добрался.

          • ПыСы

            а вообще у меня старший брат Иешуа на полке стоит и я всё жду отзыва, жду…

          • Re: ПыСы

            «Живи своим умом, Пчёла!» (с)
            (кротко) Я на 70-й странице. За выходные должон добить — удивительно быстро летит.

          • медлено закипая

            я тут блинблинблин новую квартиру получил весь в делах перфораторах и прочей хрени времени читать нетути и читать надо заведомо замечательное своим умом через полгода буду жить когда все дырки насверлю и все полки развешу а пока раз спрашиваю значит надо

            (остыв и не менее кротко) расскажешь потом а чтоб точно знать

          • завистливо

            Фигасе.
            Во вы, одно слово, жлобинцы. Им квартеры дают, новые, а оне закипают.
            Поздравляю!
            Купил — читай. Ибо нефиг.
            Ну, расскажу, конечно. Но вдруг отвлекусь — на семью, быт, кено или собственное бессмертное творчество. Так что сверлите, Шура, сверлите. И надейтесь.
            Гы.

          • Re: завистливо

            дык ведь страшно, боязно мне, что выели Чудовища А.Г. до шкурки, и всё, что потом, как-то совсем, совсем не так. вдруг и это где-то в районе 78-го параграфа?

            а так сверлю, да. и осваиваю новые профессии.

          • Re: завистливо

            Ну, во-первых, я есть угрюмый фанат известной кесаревны, так что не надо мне тут. Во-вторых, параграф, вообще говоря книга-подвиг. Из не то чтобы фигни, из отрицательной величины, из пласта недопрелого навоза с торчащими в сторону корявыми мизинцами сделать вполне читабельную и даже симпатичную повестуху — это вам не шкуркин след.
            В-третьих, жди дальше.

          • Re: завистливо

            с параграфом частично согласен. былдо дело, написал и даже опубликовал злобную рецуху, потом год спустя увидел саму фильму и понял, что пог8орячился. из какого сора и далее по тексту. но книга от клинического непрофессионализма Хлебовводова и Охлобыстина всё равно лучше не стала.

          • Re: Вот не буду отвечать — и все. Жди знай

            жжжжжжжжжжжжжду.

          • радостно

            я вырвал у Александра Щёголева признание, что из всего Лазарчука он на второе место ставит Кесаревну. так что можно слегка стереть угрюмость.

          • Re: радостно

            Забавно. А у меня так: ВСДО-Опоздавшие (в цельнокупности)-Кесаревна.

          • Re: радостно

            увы, моего слабого разумения не хватило, чтобы оценить красоту Опоздавших в совокупности. Мост — да, безусловно, потом по нисходящей, а Солдат Вавилона ниасилил.

          • Re: радостно

            «Солдаты» да, лазарчуковы до степени, близкой к предельной, но ведь за то и любим. Кстати, в эпопее две повести просты как правда вкрутую: «Лабиринт Лавьери» и еще одна, название не помню, про студентика-суперубийцу. Да по большому счету, нарочито подзапутаны только три части — «Колдун», который притча, «Мост», который нервная эпопритча, и «Солдаты», которые слишком буквально следуют толстовской идее равнодействующей миллионов воль. Остальное вполне невычурно. Но вместе — ай как играет.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.