В России вслед за дешевым изданием Die Hard 4.0 вышло коллекционное — двухдисковое и помпезное. Знакомство с ним вызывает удивительные чувства.
Первый диск является почти полным аналогом «дешевки» — один вариант видео и две русских звуковых дорожки. Оригинальная стерта. Русские субтитры — видимо, чтобы наслаждаться не только произношением российских актеров, но и начертанием кириллических букв. Прочих бонусов нет.
Второй диск состоит из не очень большого фильма про съемки первого «Орешка» с кратким отсылом ко второму-третьему, и ролика последнего фильма. Nur alles. То есть составители просто вытащили кусок из диска, вышедшего в России 2 года назад и давно ушедшего на распродажи, отлили его в отдельный пластмассовый кружок, которым доукомплектовали неразошедшийся из-за затоваривания рынка бюджетный релиз — и за счет этого подняли цену с 60 рублей до 400.
Я восхищен.
Category Archives: Блог
Это вам игрушки
Именно после триумфального выхода украинской игры S.T.A.L.K.E.R., формально не имеющей к «Пикнику на обочине» никакого отношения и рисовавшейся около 500 лет, отечественные разработчики принялись ежемесячно выкидывать на рынок новые игры по мотивам Стругацких. Сперва «Обитаемый остров» и «Трудно быть богом», которые писались как послесловия к одноименным повестям, теперь «Отель «У погибшего альпиниста»» — и это уже прямая (как сказать-то, если не экранизация?) мониторизация.
Интересно, авторы изначально адаптировали книжки АБС, или решили поймать тренд, быстренько переделав почти готовые игры?
И еще интересно, смогут ли они выдержать взятый темп хотя бы до конца года?
(Я с компьютером более 10 лет не играю, и специальных знаний по этому поводу не накапливаю — просто у сына тематические журналы отобрал для злобной критики, там перечисленные богатства и обнаружил).
«Гадкие лебеди»
Обычно экранизации Стругацких (и большинства других хороших писателей) вызывают тягостное недоумение и острое желание схватить режиссера за рукав, посмотреть ему в глаза и неразборчиво, однако горестно спросить: «Ну как же, ну ведь все же само на пленку ложилось, ведь готовый уже сценарий в книжке был, ведь это постараться надо было, чтобы все так тщательно и неузнаваемо изувечить, — и что, вправду интересно из пули обрат делать с кретиническими диалогами, ползающими стаканами, заунывными эстонцами, Золотухиным в бороде и надсадным Филиппенко?»
Фильм Константина Лопушанского не вызывает даже такого вопроса. Он вызывает другой вопрос: где Лопушанский скрывался последние 20 лет и почему он не знает, что мода на общественно-политические видеоклипы тихо скончалась вместе с программой «Взгляд».
Сиганувший мимо кассы (во всех смыслах ) фильм выглядит абсолютным приветом из 1987 года, и в этом, между прочим, совсем не виноват исполнитель главной роли Григорий Гладий, примерно в то самое время коротко ставший звездой советского кино и потом стремительно его покинувший. Тогда меня Гладий чем-то страшно раздражал (я по молодости вообще отличался раздражительностью), смотреть «Лебедей» я садился в еще большем раздражении, потому что какой же Гладий Банев? Банев – он жилистый такой, хоть и оплывающий в боках и подглазьях, любитель поорать, накатить, вломить и вдуть. Высоцкий, короче, как и было сказано. А герой Гладия – интеллигентишко настолько рафинированный, что от клички Рафинад его спасает только знаменитый переводчик Голышев, полвека назад придумавший именно так оттолмачить негритянскую кличку Шугарбой.
Так вот, Гладий – главное светлое пятно (пара пятнышек поменьше, типа пригожей тетеньки или певца Кортнева в роли фашиствующего функционера, малозаметна) вполне беспросветного фильма про свинцовые мерзости российско-советской жизни, давящей на своем пути даже мокрецов с вундеркиндами, беспросветными тучами и светлым будущим. Лопушанский решил доказать, что по части льющейся воды перетарковщит Тарковского, по части социализации фантастики перестругачит Стругацких – и преуспел. Получилась абсолютно беспросветная чернуха, выложенная почти изо всех компонентов перестроечного кино: тут тебе и тупая антинародная армия, и карательная медицина, и гороховое пальто, и низкое небо с хреновыми дорогами, и беспомощный глас цивилизации в лице эпизодической француженки (кино снималось на французские деньги), и полный анхаппи энд с таким же герлом. Только Стругацкий по дороге куда-то потерялись – ну да им (и нам) не привыкать.
Больше всего в этой ситуации обидно за Вячеслава Рыбакова, писавшего сценарий этого чуда. Не писать он не мог: в свое время по его повести Лопушанский поставил знаменитые, пронизывающие и награжденные «Письма мертвого человека», а Борис Стругацкий был соавтором сценария. Теперь Рыбакову пришлось, типа, отдавать долги. Платеж вышел красным до мяса: Лопушанский все равно снял все по-своему, французско-перестроечному. Зато немногочисленные зрители будут думать, что это Рыбаков виноват в низведении пронзительной книги до нудного нытья на тему проклятой страны – а главное, в роскошно идиотическом прологе, шизофренически взболтавшем несколько стругацких линий (Банев огородами добирается до польского гения-карлика, чтобы узнать, а чо творится в Ташлинске. Карлик кричит: это нападение! – но тшш, чтоб этом ни одна живая душа. Потом, что характерно, про нападение верещит каждый второй герой фильма).
Впрочем, это мы еще «Обитаемый остров» не видели.
Их стало девятнадцать
8.08.88 я стал оператором вычислительных машин локального вычислительного центра ремонтно-инструментального завода производственного ордена Ленина объединения «Камский завод по производству большегрузных автомобилей «КамАЗ»». С тех пор всего-то прошло 19 лет, из которых лет 17 я хочу на пенсию.
А жестокая Родина велит работать.
В общем, за Родину.
Грубые волосатые животные
Нечаянно родил сексистско-мужешовинистический афоризм.
Коллега, пообщавшись по телефону с канадкой, подытожила:
— Она говорит по-русски хорошо, быстро, но, такое ощущение, не понимает, что ей говорят.
— Это вообще свойственно женщинам, — подло констатировал я.
«Блуда и МУДО»
Алексей Иванов
Если коротко (в стилистике надписей на библиотечных форзацах), то так: «Книжка очень хорошая».
Не без тараканов, конечно. Особенно выделяются навязчивое впихивание образов в каждую фразу (просто «Общага-на-крови» какая-то, прости господи) и способ мышления главного героя, который стремится свести ползущую по бокам жизнь к неким базовым понятиям, назвать их с неуклюжей напыщенностью, превратить в аббревиатуру и мусолить страниц десять, пока не наступит черед следующей аббревиатуры. Видать, издержки творческого процесса сквозь звезды и медные трубы: «Блуда», по большому счету, стала первой книгой, которую Иванов от начала и до конца писал в качестве золотовалютного резерва русской литературой. И всячески пытался соответствовать. Многозначительности нагонял, пиксельность мышления бессмысленную эту знаменем сделал (причем не только в книжке, но и во всех решительно интервью), художественности подкачивал где мог. Первая четверть книги производит впечатление заредактированной до пародийного уровня: будто Иванов сперва отписался нормальным текстом, потом, после отлежки, взялся за вычитку, принялся тихо паниковать из-за того, что как-то просто все необразно — и айда втыкать сравнения после каждой запятой. Потом то ли устал, то ли издательство поторопило — в любом случае, страницы с 70-й ряска разбегается и идет чистая вода (впрочем, у Иванова уже вошло в привычку поначалу кошмарить читателя с целью отбрасывания балласта, а потом, когда остались только свои, переходить на нормальный язык).
Тараканом можно счесть и слишком раскрытую тему виагры. Все-таки умелый и вполне молодой бабник, ни с чего особенного вдруг переходящий на химические стимуляторы, представляется мне фигурой, скорее, вымышленной, чем реальной.
А так — крайне реальная и позитивная книжка, наследующая великому «Географу» (каковой, в принципе, вполне узнаваемо появляется в образе дружка главного героя): очень настоящий провинциальный город, очень живые дядьки, тетьки, менты, гопники (а какие диалоги подростков! какой Гершензон!), безнадежный кураж, безрадостный блуд и любовь, стынущая без поддува. И очень много нового. Главное — новый тип главного героя. Были у Иванова тихие святые, сильные и бессильные, были злые вожаки, легко жертвующие всем на свете. А теперь появился Моржов — состоятельный озабоченный шалун, умеющий брать на себя ответственность и спасать всех, кто под эту ответственность попал. А за тех, кто не попал и сгинул — мстить, умно и умело.
Естественно, ни велосипеда, ни сноповязалки Иванов не изобрел: таких Тревисов Макги полбатальона на каждой полке с развлекательными жанрами. Но введение подобного типажа в качественную отечественную литературу дорогого стоит — и, соответственно, поднимает котировки золотовалютных активов.
Линар
Линар был уникальный человек, пьяница, добряк, балбес и ходячий анекдот. Типичная быль из его жизни: вышел в тапках выносить мусор, через два дня позвонил жене: «Элька, не волнуйся, я в Горьком». Это полтыщи километров от Казани.
Элька и не волновалась – терпела. Когда он исчезал, когда бревном заносили, когда уходил, когда возвращался, когда совсем ушел, к этой своей, – терпела. Потому что привыкла на себе все переть – и дом, и мужа, и сына-дочь, а у сына очень скверного масштаба диабет, и все-все-все. Потому что характер стойкий татарский. И потому что как влюбилась в Линара в 10 классе (учились вместе), так и на всю жизнь, и похоже, не только линаркину.
Лично я такое дело очень не приветствовал, да помалкивал. Не мое это дело было — раз. Детей Линар любил и не забывал несмотря на эту свою – два. И три – один давний разговор с Линаром на отвлеченную тему (нельзя допустить войны России с буржуями, потому что весь инсулин везется из-за рубежа, и все наши диабетики довольно быстро умрут) заставил меня обо многом подумать и многое сделать.
Вчера мы похоронили Линара на мусульманском кладбище под Казанью. Накануне, в первом часу ночи, он возвращался домой, точнее, к этой, на такси, за квартал вышел купить сигарет, у ларька до него докопался какой-то в возрасте уже упырек (1953 г.р., в нетрезвом cостоянии, ранее судим) и после короткой перебранки два раза ударил 30-сантиметровым ножом в живот и сердце.
В этот момент почему-то остановились часы на кухне у Эльки.
Вторые часы, в спальне, остановились через полтора часа, когда ей позвонили из милиции.
Упырька нашли сразу. Он ничего и не отрицал. Сказал – Линар на него напал и бить пытался. Это Линар, который ни мухи, ни кота.
Эта рыдала, пока прощались и хоронили. Жалко ее было почти как Эльку. А сегодня она позвонила Эльке и сказала: машина, короче, мне останется.
Сын Линара не спит третьи сутки.
Дочь Линара, которой пока ничего не сказали, переживает оттого, что все к школе у нее уже готово, а портфеля нет, а портфель обещал папа и обманул, а теперь пропал.
Линар был младше меня на 12 дней.
Валяться охота, морская пехота?
В юности меня потрясла фраза Стругацких «Чудовищная, невообразимая, необозримая кровать , на которой лежат двенадцать полумягких стульев, а могло бы валяться двенадцать десантников со своими девками». Потрясла, похоже, не одного меня.
Виктор Батурин за $65 млн продал сочинский “Рэдиссон САС Парк Отель” Фонду поддержки морской пехоты, соучредителем которого является бывший начальник управления сухопутных и береговых войск ВМФ Павел Шилов.
http://www.vedomosti.ru/newspaper/article.shtml?2007/07/25/129859
Теперь, значицца, будет где валяться.
Ты кинула, ты
«У нас там произошло недоразумение, и Березовский должен «Коммерсанту» 48 тысяч долларов за одну публикацию. Он не проплатил ее. Это, кстати, вина моя – я ему разрешил опубликовать без предоплаты».
http://telekritika.kiev.ua/articles/123/0/9524/vasyljev_int/
Теперь и на ТВ
Сегодня телеканал «Россия» начал показ телесериала «Главный калибр» — невероятной вампуки про роль кунфу в Великой Отечественной войне. Сериал представляет собой сильно раздутую и облагороженную звездами типа Марата Башарова (он образуют современную, не столь боевую, линию сюжета) версию прошлогоднего кинофильма, который отличался от малобюджетных гонкогских боевиков только славянско-арийской внешностью большинства каратэк и отсутствием фразы «Твой кунфу ничего не стоит, тебе надо больше тренироваться». Остальные неотъемлемые черты такого рода кинопродукции (подчернутый идиотизм сюжета, синие светофильтры и беспрестанное хлопотание лицами) переполняли каждый кадр.
Режиссер Михаил Шевчук уверенно и кропотливо отрабатывает тему «Нинзи РККА». До «Главного калибра» он снял «Хронику «Ада»» — точно такой же горячечный бред с волосатыми каратистами в красноармейской форме. Похоже, человек в детстве был сражен фильмом «Отряд особого назначения» (про отряд разведчиков-перворазрядников), в более зрелом возрасте — фильмами с Доном «Драконом» Уилсоном (лучшую часть которых составляли титры с подробным перечислением спортивных регалий артистов), а потом решил это дело совместить.
То, что раздутый вариант проекта показывает «Россия», является лишь дополнительным медяком в общую копилку оголтелого маразма.
С другой стороны, рабоче-крестьянское маваши-гири, пробивающее на смоленских болотах немецко-фашистское дзедан-барае, выглядит чуть-чуть, но пристойнее фильмов про вервольфов СС. Однако есть опасение, что и от верволков Первого Украинского мы никуда не уйдем.
