Всем смертям назло

За боем Ибрагимова-Кличко почтеннейшая публика не заметила вполне значимого события: 23 февраля у России появился еще один чемпион мира по боксу (в легком весе). В седьмом раунде боя Рустама «Мангуста» Нугаева с кубинцем Хосе Антонио Искуиэрдо судья остановил часы, констатировав победу россиянина техническим нокаутом.
Конечно, разыгравшая пояс IBA — довольно клоунская организация. Однако, во-первых, чемпион есть чемпион, это довольно дефицитный продукт, игнорировать который не слишком умно. Во-вторых, Нугаев, несмотря на цветущий возраст (25 лет) успел до чемпионства прославиться дважды: как спарринг-партнер знаменитого Мэнни Пакьяо, и как нечаянный убийца.
1 июля 2005 года пермяк, давно выступавший в Штатах, нокаутировал в 9-м раунде мексиканца Мартина Санчеса. Тот быстро оправился после жесткой серии и ушел с ринга на своих ногах — но на следующий день скончался в больнице от гематомы мозга. Следует отметить, что предыдущий бой за полгода до трагедии Нугаев проиграл: причем дрался в том же вегасском отеле, тоже с мексиканцем, и тоже вел всю дорогу — но был, как считается, засужен в силу известной антипатии судей к неместным бойцам. В результате, опять же как считается, получил установку бить так, чтобы ни одной заразе повода для колебаний не оставить. И, получается, установку выполнил.
Конечно, смерть Санчеса стала для Нугаева и его команды диким потрясением и мощной антирекламой. Победитель помог семье мексиканца и все такое, вышел на следующий поединок уже через пару месяцев, победил еще пять раз, разик проиграл по очкам, начал наконец выступать в России — и вот стал чемпионом.
В той же Мексике триумфо обладателя такой биографии, наверное, стало бы событием если не номер один, то номер три — безусловно. А у нас даже спортивные каналы через запятую помянули — и немедленно забыли.
Никто ведь никого не убил, в конце концов.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.